Песчаный колокол

– И правда, голуби, – странно, что за пять лет работы в этой мастерской он ни разу не обратил внимания на голубей, но это и неважно, – вам свисток, что ли, сделать? – он сложил пальцы в замок и дунул сквозь него так, что воздух резанула слабая трель.

– Нет, мне просто голубя. И размером с голубя, чтобы как настоящий был – с лапками и крыльями, без всяких, – мужчина показал руками свисток.

– Правильно ли я понимаю? Вы пришли сюда за полчаса до закрытия, – клиент кивнул в ответ, – и просите срочно слепить вам голубя?

– Верно.

– И до завтра никак не подождать?

– Нет, боюсь, что завтра уже будет поздно.

– Почему? – Герман не особо хотел знать, ему просто нравилось издеваться над этим странным субъектом, от которого исходил запах прелой сырости и, кажется, формалина.

– Потому что завтра он уже не сможет летать.

– Угу, – ремесленник сделал вид, что понял, а затем схватил треснутый кувшин за ручку и сделал «трёхочковый» бросок через всю мастерскую. Изделие ударилось об угол и, расколовшись на кучу уродливых черепков, ссыпалось в большое мусорное ведро.

– Зачем Вы это сделали? – задал гость вопрос.

Но в его голосе напрочь отсутствовали эмоции. Все слова звучали строго в одной тональности, напоминая плохую озвучку старых кассетных фильмов.

– Потому что это – брак, – отчеканил Герман и продолжил собирать тряпки с пола и рабочего стола.

– Жаль такую красоту. Разве нельзя было починить, замазать?

– Нет, я не занимаюсь ремонтом бракованных вещей. Всё должно быть идеально с первого раза.

Он подошёл к гончарному кругу и принялся очищать его от засохшего сырья.

– Вы очень строги к себе, – мужчина не сводил взгляда с Германа, наблюдая за его приготовлениями.

– Если бы Господь был так же строг к себе, то в мире не было бы больных и уродливых детей с хроническими заболеваниями и неправильно сросшимися конечностями, – сказал Герман, не поворачивая головы и продолжая заниматься своими делами.

– Сравниваете себя с Господом? – голос клиента заметно изменился, теперь в нём проклюнулся азартный задор и насмешка.

– Нет, просто привёл Вам пример отношения к работе, – совершенно спокойно ответил Герман и, открыв дверцу верстака, достал оттуда пакет с чем-то красным внутри, а затем звонко шлёпнул его об стол.

– Не думаю, что Господь считает свои создания браком.

Эта тема, кажется, была больной для нежданного посетителя.