2054: Код Путина

Однако после хорошо знакомых ему слов про Октябрьскую революцию следовал новый отрывок:

После этого из рода тех, которые так долго были бесплодными, выйдет один, начиная с пятидесятого градуса, который обновит всю христианскую церковь; и меж детьми заблудших и разделенных фронтов будет заключен великий мир, единство и согласие. Различными правительствами мир будет так спланирован, что поджигатель и ответственный воинствующей партии – она развилась на почве различия религий – будет прикован цепью в самой глубокой бездне.

Агент ЦРУ явно наслаждался этим моментом смятения своего визави. Апокалиптический язык показался Ветрову таким многозначным, а с другой стороны, таким ничего не говорящим, что, наморщив лоб, он вернул листок Колту.

– В этом предсказании, – пояснил американец, – истоки которого ваши друзья во Франции утаивают от нас, папа Иоанн Павел II объявляется могильщиком коммунизма. Он родом из Польши, которая неоднократно исчезала из истории после раздела и оккупации – и поэтому «бесплодна».

Ветров решил держаться сдержанно. Верит ли его похититель в эту чушь или хочет заманить его в западню? Почему он упомянул тайный французский орден? Осторожно, с полусерьезной миной он спросил:

– Если холодная война закончилась, Германия, скорее всего, вновь объединится?

– В предыдущем пассаже предсказания ведь черным по белому написано: Советский Союз будет мертв через 73 года, то есть если считать с октября 1917 года – через десять лет.

Ветров тоже с напряжением ждал этой даты. Правда, он сомневался в правдивости предсказания. Но если бы оно сбылось, это была бы сенсация.

Колт кивком подозвал его к себе:

– А что вы думаете, почему коммунистические спецслужбы совершили покушение на святого отца?

– Но не из-за пророчества ведь? – в ужасе отшатнулся Ветров.

Взгляд Колта посуровел.

В помещении сохранилось совсем немного очень старой мебели. На потолке висела старинная люстра, пейзажи неизвестных художников украшали стены. На софе было достаточно места, чтобы присесть. Дверь стояла открытой, время от времени в коридоре прошмыгивали чьи-то тени. Говорили только по-английски. Колт рассказал гостю о месте их встречи: вилла была типичной резиденцией ЦРУ, главным условием которой была конспиративность.