Лес на семи холмах. Сборник рассказов и пьес

Наконец, через некоторое время сформированный комитет стал ширить свое влияние через своих наймитов, распостраняя сотни листков-прокламаций, призывавших начать решительную и бесповоротную борьбу за власть в городе, за нанесение окончательного удара по властной тирании. Денег на агитацию у остальных, ведомых лишь своим стремлением к справедливости и опозиционным пылом, не хватало (что и не удивительно, какая конкуренция тут, если деньги на наймитов брались из их личных карманов), хотя некоторые честно пытались нести хоть какую-то крупицу огня в самые бедные кварталы.

И в итоге под свое крыло Комитет собрал большинство протестующих, в том числе и из непосвященных. Один из таких, его звали Отроникс Тирадор, был начальником охраны пограничной стражи, и именно его Комитет поставил руководить подготовкой «на полях». В комитет (конечно, не без моего ведома) начинали стягиваться начальники войск средней руки, он объединял под собой некоторых чиновников, которым мои советники подсказывали, что можно рассказать повстанцам, а что нет.

Ну и вы не представляете, как мы смеялись, когда генералы описывали мне, с каким остервенением на собраниях Комитета они расписывали мою публичную казнь, четвертование, колесование. Причем более всего смешило, что некоторые, непосвященные, но влившиеся в Комитет с превеликим энтузиазмом хвалились, как умело они распропагандировали военных и чиновников.

Естественно, что этот театр нужно было прекращать, и со временем, после того, как мои слуги доложили мне, что напряжение уже достигает своей критической отметки, наши военные предложили такой вот план. Мы, через своих людей в Комитете, начинаем активную фазу, и позволяем людям Комитета занять (с небольшой перестрелкой, естественно) одну из наших вспомогательных баз на северо-востоке, Комитет объявил полную готовность, и его основная группировка уже выдвинулась на горную позицию, вблизи базы, мы специально закрывали глаза, потому как мы знали, что и обратная сторона у этого плана есть.

А именно, в тот же момент, один из главных бойцов Комитета, а также щедро оплаченный нами шпион в стане врага, Погрот, уже отправился в тыл, где уже наверняка просиживал штаны в каком-нибудь захудалом кабачке.