Разбойник Кадрусс

Силуэт их отделялся черно и резко на красном грунте горизонта. Они ехали молча и копыта их лошадей глухо ударялись о движущийся песок дурно проложенной дороги. В такой час присутствие этих двух человек в этом мрачном месте, так мало посещаемом в то время, трудно было объяснить. Наверно их не привлекало; бедное гостеприимство, которое могла им обещать жалкая гостиница, синеватый дым которой виднелся сквозь деревья, спокойно поднимаясь кверху. Наверно они не торопились, потому что лошади их шли шагом, выбирая по своей воле между многочисленными параллельными тропинками, проложенными чрез вереск.

Однако; не смотря на их наружное равнодушие к дороге, эти два человека время от времени бросали вокруг себя вопросительные взгляды; внимание их к малейшему шуму доказывало, что они не без цели и прогуливались не без причины.

– Ну? – вдруг сказал один всадник, как будто спрашивая своего товарища и остановившись на развилке двух дорог.

– Я ничего не видал, ничего не слыхал, – отвечал другой: – однако мы должны быть на хороших следах.

– Мы должны?… Стало быть, ты не совсем уверен?

Всадник нахмурил брови.

– Поедем, – сказал другой.

Засунув оба пальца в рот, он закричал как испуганный и улетающий дятел. Вдали ему ответил тот же крик.

– Хорошо, – сказал первый всадник: – но когда так, зачем же никто не является?

– Сейчас узнаешь, – сказал другой, сжав бока лошади своими большими, угловатыми ногами. Бедное животное заржало от боли и тотчас послышался крик дрозда. Оба путешественника с живостью стали осматриваться во все стороны.

– Будьте внимательны! – сказал один: – нас предупреждают, что кто-то едет по одной дороге с нами; поедем, но потихоньку, пропустим этого путешественника.

Точно будто в этот вечер все необыкновенное должно было происходить у Франшарских ущелий. Едва лишь последний крик дрозда пронесся по вереску, другой всадник показался налево, выехав из покрытой тропинки.