Семейные традиции и прочие мерзости

– Ты чего разругался?

– Потому что, наконец, могу позволить себе материться, когда захочу.

– А я уже за это время и забыла, какой ты культурный. – Она укоризненно посмотрела на меня, но вскоре ее брови вернулись в обычное положение.

Она подошла ко мне, соблазнительно улыбнулась и провела ноготком по моему лицу, встала на носочки и наклонилась к моему уху.

– Я пошла в душ.

Похоже, ей хочется снова меня оседлать…

3.

Она, то одаряла меня поцелуем, то закидывала на меня свои ногу. Не знаю, спала ли она, или, как и я только притворялась.

Но, ее рука крепко вцепилась в меня и так и не отпускала, пока будильник, наконец не прозвенел. Она сонно выпустила меня из своего капкана и начала собираться на работу. Я же все еще притворялся спящим.

По звукам она успела принять ванну, накраситься, сходить в туалет и теперь уже всего в метре от меня примеряла один из множества нарядов. Звуки ненадолго стихли. Она присела на мой край кровати и начала медленно поглаживать мой торс. Вдруг что-то острое воткнулось мне в бок.

Я резко открыл глаза и перекатился на другую часть постели.

– Ты чего? Я же просто ноготком ткнула. – она говорила, так будто вчера ничего не происходило.

– Просто… просто разбудила неожиданно.

– Я уже думала тебе кошмар какой приснился. Ладно, я на работу, завтрак на столе.

Она уперлась рукой о кровать и поцеловала меня перед уходом. Стоило ей уйти, как я побежал в туалет. Я боялся промахнуться сильным напором струи, поэтому просто положил член в раковину и расслабился.

Пол до сих пор был усыпан заблеванными рубашками всех цветов и фасонов. Я обмыл член под краном и насухо протер его бумагой, что бы точно не испачкать пол.

Я вернулся в спальню, чтобы одеться. Одежда на полу была все еще довольно чистой, но уже была сильно помятой. В шкафу, где еще вчера пряталась новенькая рубашка – разумеется, за ночь ничего не появилось. Зато хотя бы деньги на столе появились вновь. Так же на нем снова, зачем-то появилась визитка «Тарантино».

Я дико хотел выпить, поесть и взбодрится, поэтому туда и отправился, одевшись во все грязное.

Все это было как-то странно, дерьмово что ли. Причем даже не от осознания того, что моя жена убийца. Ведь, по сути, и мне тоже суждено стать таким. Здесь было что-то другое. Куча рубах, покрытых одним и тем же, вечная визитка на столе, ежедневный секс, который я даже не помню. Черт, может в последнее время я так много пью, что уже в какое-то беспамятство впадаю что ли.