Перри Мейсон: Дело о любопытной новобрачной. Дело о коте привратника

Вот я и спросил ее, как же она ухитрилась открыть дверь гаража, если сумочка оказалась запертой в машине.

– И что?

– Она заявила, что воспользовалась запасным ключом из ящика письменного стола.

– По ее лицу было заметно, что она лжет?

– Нет. Она смотрела мне в глаза и говорила весьма убедительно.

Какое-то время Мейсон задумчиво барабанил пальцами по столу. Наконец он спросил:

– Что же вы от меня хотите?

– Чтобы вы представляли мою жену. Чтобы вы убедили ее не губить себя, выгораживая Клода Миллсэйпа.

– Вашего отца?

– Да.

– Ну а он-то какое отношение имеет к данному делу?

– Он не переживет, если наше имя будет фигурировать в уголовном процессе. Я хочу, чтобы вы, насколько это возможно, исключили имя Монтейнов из этого дела. Пусть оно… как бы это выразиться… останется на заднем плане.

– Вы ставите передо мной невероятно сложную задачу.

– Я хочу, чтобы вы помогли изобличить Миллсэйпа, если выяснится, что он виновен.

– А если ваша жена все же будет привлечена к ответственности и признана виновной?

– В таком случае вам придется позаботиться, чтобы имя Миллсэйпа не всплыло на процессе в связи с моей женой.

Мейсон внимательно посмотрел на посетителя.

– Возможно, – сказал адвокат, – что полиции ничего конкретного о ключах не известно. Они, естественно, проверят список лиц, владеющих машинами «шевроле» и «плимут». Доберутся и до вашего имени. Осмотрят гараж и замок. Если к этому времени у вас на дверях будет висеть замок совсем другой системы, они могут и успокоиться на этом, не правда ли?

– Полиция будет знать обо всех подробностях, – сказал Монтейн с гордым видом.

– Почему вы так уверены в этом?

– Потому что я не намерен что-либо скрывать. Я обязан рассказать правду. Даже в том случае, если речь идет о моей жене. Монтейны никогда не совершали ничего противозаконного. Ради нее я не намерен что-либо скрывать от властей.

– А если она невиновна?

– Я в этом не сомневаюсь. Именно с этого я и начал наш разговор.

– Послушайте, мистер Монтейн, – холодно сказал Мейсон. – В вас говорит ревность. Она делает вас близоруким. Советую вам забыть о Миллсэйпе. Возвращайтесь к жене и выслушайте ее объяснения. Не говорите полиции ничего до тех пор, пока…

Монтейн решительно встал с кресла.