Перри Мейсон: Дело о бархатных коготках. Дело о фальшивом глазе

Наверное, это сделал кто-то из тех, кого он шантажировал. Я услышала злые, ругающиеся голоса наверху и подошла к лестнице, чтобы подслушать.

– Вы слышали, о чем они говорили?

– Нет, ничего нельзя было разобрать. До меня доносились только обрывки фраз, разговор был на повышенных тонах, они ругались и матерились. Время от времени мне удавалось уловить какое-то слово. Мой муж говорил своим обычным холодным, саркастическим тоном. Он всегда так говорил, когда был взбешен. Второй мужчина говорил на повышенных тонах, но не кричал и все время перебивал моего мужа.

– Что было дальше?

– Я стала потихоньку подниматься наверх, потому что хотела разобрать, о чем они говорят.

Ева Белтер замолчала, чтобы перевести дыхание.

– Продолжайте, – поторопил ее Мейсон. – Что произошло дальше?

– Я услышала выстрел, а затем грохот падающего тела, – сообщила клиентка.

– Только один выстрел?

– Да, только один выстрел и грохот. О, это было ужасно! Весь дом содрогнулся.

– Так, и что вы сделали? – спросил Мейсон.

– Я испугалась и убежала.

– Куда убежали?

– В свою комнату.

– Вас кто-нибудь видел?

– Нет. Не думаю.

– А потом что вы сделали?

– Подождала минуту или около того.

– Еще что-нибудь услышали, пока ждали?

– Да. Слышала, как человек, который стрелял, сбежал вниз по лестнице и покинул дом.

– И что было дальше? – продолжал допрос Мейсон.

– Я решила, что должна увидеть Джорджа и проверить, не могу ли я чем-нибудь ему помочь. Я поднялась в его кабинет и нашла его там.

– Где лежал? – безжалостно расспрашивал Мейсон.

– Ну зачем вам все эти подробности? Зачем вам такая точность? – огрызнулась Ева Белтер. – Я не могу сказать точно. Где-то рядом с ванной комнатой. Должно быть, он только вышел оттуда, когда начался скандал.

– А откуда вы знаете, что он был мертв?

– Это было видно. Я взглянула на него и решила… То есть я думаю, что он мертв.

– Почему?

– Потому что все всплывет наружу. Разве вы не понимаете? Фрэнк Локк знает про Гаррисона Бурка и, естественно, подумает, что Гаррисон убил Джорджа. Бурк будет вынужден назвать мое имя, а после этого может случиться все, что угодно. Подозрение может пасть и на меня.