Дело о мрачной девушке

– Я не это имел в виду. Вы просто скрыли от меня правду, когда в первый раз пришли в мой кабинет.

– Что вы хотите сказать? – заинтересовалась Фрэн Челейн.

– Вы рассуждали о том, что хотите выйти замуж и все в таком роде.

– И что из этого?

– Вы прекрасно знаете, о чем я говорю. Вы уже замужем.

Она резко побледнела и уставилась на него круглыми от удивления глазами.

– Откуда вы знаете? Вы разговаривали с кем-то из слуг?

– А слуги в курсе дела? – ответил адвокат вопросом на вопрос.

– Нет.

– Тогда почему вы решили, что я разговаривал со слугами?

– Не знаю.

– Вы замужем? – резко спросил Мейсон.

– Не ваше дело.

– Конечно, это мое дело. Вы пришли ко мне с вашими проблемами. Вы ничего не добьетесь, если будете мне врать. Врачу и адвокату вы должны говорить только правду. Вы можете мне доверять. Я никому не передаю то, что открывают мне мои клиенты.

Она поджала губы и уставилась на него.

– Что вы хотите знать? – спросила она.

– Правду.

– Вы ее уже знаете.

– Значит, вы замужем?

– Да.

– Почему вы мне раньше не сказали об этом?

– Потому что мы пытались это от всех скрыть.

– Но кто-то открыл ваш секрет. Кто-то ведь вас шантажирует.

– С чего вы взяли?

– Это не имеет значения. Отвечайте.

Указательным пальцем она стала водить по ручке кресла, точно так же, как делала это в кабинете Мейсона.

– Теперь, после смерти дяди, не играет роли – замужем я или нет, не так ли?

Он холодно посмотрел на нее:

– Насколько я помню, ваш дядя в соответствии с завещанием мог на свое усмотрение передать деньги в благотворительные учреждения, если вы выйдете замуж до достижения вами двадцатипятилетнего возраста.

– Но в случае его смерти управление имуществом, осуществляемое доверенным лицом, прекращается, не так ли?

– Да, доверенное лицо больше им не управляет.

– В таком случае, если он больше не может действовать на свое усмотрение, то, замужем я или нет, роли не играет?

– На первый взгляд я бы именно так интерпретировал завещание, – заявил Мейсон.

Она с облегчением вздохнула:

– Тогда не имеет значения, пытался меня кто-то шантажировать или нет.

Глаза Мейсона впились в лицо девушки, словно пытались сорвать с нее маску и проникнуть в глубь ее души.

– Я бы не стал делать никаких комментариев по этому вопросу, милая леди, – заметил Мейсон.

– Почему?

– Потому что если полиция вдруг откуда-то прослышит про подобную теорию, то они решат, что это идеальный мотив для убийства.