Дело о коте привратника

– Коты могут приносить массу денег, – заметил детектив.

Лицо Мейсона оставалось серьезным.

– Не уверен, Пол, что это именно тот случай, где можно заработать. Очевидно, Питер Лекстер был скрягой. Он не очень-то доверял банкам. Незадолго до смерти он получил наличными миллион долларов. Наследники не могут найти этот миллион.

– Может, деньги сгорели вместе с ним? – спросил Дрейк.

– Возможно, – согласился Мейсон. – Когда Эштон вышел из моей конторы, за ним следил какой-то человек – он ехал в новеньком зеленом «паккарде».

– Не знаешь, кто был этот парень?

– Нет, я не рассмотрел лица. Видел только светлую фетровую шляпу и темный костюм. Возможно, за этим ничего нет, а возможно – есть. Вполне вероятно, что-то готовится против Уинифред Лекстер, а я собираюсь оспаривать завещание ради нее. Шастер столько болтал о том, что он со мной сделает, если окажется в суде против меня, что я должен дать ему шанс.

– Ты не можешь навредить Шастеру тяжбой, – сказал сыщик. – Он как раз ее и добивается.

– Ничего он не сдерет, если его клиенты потеряют деньги, – сказал Мейсон. – Предыдущее завещание было целиком в пользу Уинифред. Если я оспорю второе завещание, станет действительным прежнее.

– Собираешься сделать своей клиенткой Уинифред? – спросил Дрейк.

– Мой клиент – кот, – упрямо покачал головой Мейсон. – Уинифред может мне понадобиться как свидетельница.

Дрейк поднялся.

– Зная тебя, – сказал он, – я предвижу, что ты потребуешь массу действий с моей стороны.

– И быстрых, – мрачно кивнул Мейсон. – Достань мне информацию по всем доступным пунктам: собственность, здравый рассудок, постороннее влияние – словом, все.

Как только Дрейк закрыл за собой дверь, в нее небрежно постучал Джексон и вошел, неся несколько листков бумаги стандартного размера с отпечатанным на машинке текстом.

– Я сделал копию с завещания, – объявил он, – и как следует вчитался.

– Что еще? – разочарованно спросил Мейсон.

– Очевидно, Питер Лекстер сам составил это завещание. Он изучал право. Все непрошибаемо, но имеется один особый параграф. Вот с ним мы можем кое-что сделать в смысле опротестования.

– Что же там такое? – спросил Мейсон.