Мои грани

Джеймс не казался удивленным от того, что произошло между мной и Джулианой. Он просто знал.

– Нет.

Вот черт.

– Пойми, чтобы ты не думала, после того, что я расскажу, ты не сможешь покинуть город.

– Господи, Джеймс, говори!

– Хорошо, – Джеймс переводит дыхание. – В одно время Джулиану не признали рукой. – От его слов я делаю несколько больших глотков вина. К моему удивлению оно не имеет ни малейшего вкуса.

– Это было мечтой всей ее жизни, но Сантьяго посчитал ее навык недостаточно профессиональным, чтобы писать копии и вместо этого предложил ей искать клиентов.

Забытая боль появилась на его лице. Не зная, что ответить на услышанную мной историю, я допиваю вино. Терпкая жидкость, которая сейчас кажется мне сладковатой, растекается внутри меня, притупляя беспорядочные мысли в голове.

– Джесс, только не позволяй ей манипулировать тобой, у нее это очень хорошо получается.

– Не переживай за меня, – я придвигаю бокал ближе к Джеймсу и тот наполняет его наполовину. – Значит, вы искали руки художников, то есть вам нужны были копиисты?

– Да, – коротко отвечает Джеймс.

– И сколько же их было? – алкоголь слегка кружит голову, давая чувствовать себя уверенно. – Сколько было этих претендентов? Или претенденток?

– Джесс, прошу тебя. Я и так рассказал достаточно.

– Сколько?

– Джесс…

– Сколько, Джеймс?

– Я не знаю! – неожиданно вскрикивает он.

Я оседаю на стуле. О господи… две сотни человек. И среди этих двух сотен они нашли меня. Именно меня, ничем не примечательную девушку из Ванкувера.

К такому я не была готова. Мне нужно время, чтобы принять информацию по поводу неразделенных чувств Джулианы к Джеймсу и пары сотен рук художников.

– Джесс?

Джеймс, нахмурив брови, двигается ближе ко мне. Любимый сладкий запах, словно мягкими руками обнимает и успокаивает мои тяжелые размышления.

Я ничего не отвечаю и отодвигаю стул.

– Мне нужно отвлечься от этого разговора, – озвучиваю свои мысли.

На лице Джеймса мелькает тень улыбки, но нахмуренные брови выдают его настроение. Он встает из-за стола и копается в карманах своих бежевых шортов. Они отлично гармонируют с рубашкой-поло, и я даю себе волю насладиться видом любимого мужчины. Джеймс кладет купюры на стол и подает мне руку, помогая встать.