Мои грани

 – Джеймс поворачивает голову к отцу. – Так?

Альберт ничего не отвечает, только кивает.

Интересно, папа знает, для каких заказов он делал рамы Бейну и Джеймсу, пока работал на них? И вообще, как причудливо сплетаются нити судьбы, соединяя отца и дочь? Поразмышлять над своим внутренним вопросом мне не удалось, с мысли меня сбивает продолжение рассказа Джеймса.

– Поэтому, чтобы подобраться к Бейну как можно ближе, Альберт пока будет работать на Бейна. – Джеймс обращается к отцу. – У меня есть информация, что сейчас у него несколько заказов, для которых потребуются твои рамы, Альберт.

Отец ничего не успевает ответить, так как я его опережаю.

– Откуда такая информация? – я готовлюсь к зрительной атаке Джеймса и цепляюсь за свои коленки под столом.

Джеймс переводит взгляд с Альберта на меня и, действительно, его черный океан становится еще глубже, поверх него сейчас пылает огонь недовольства. Что ж, я была готова к этому. Не отвожу взгляда от Джеймса и выпрямляю спину.

Объясняй, Руис.

– Есть и все, – нервно отвечает он. – И звонить Росс при каждом твоем подозрении меня в чем-то нет никакой необходимости.

– В аэропорту ты сказал, что звонила сама Росс, – не сдаюсь я, но чувствую, что в зрительной схватке с Джеймсом я постепенно проигрываю. Уж больно глубок черный океан, бездна, море, космос… а, не важно. Я пропадаю в его взгляде и ничего поделать не могу. Я люблю этот взгляд, как бы он порой меня ни пугал.

– Звонил Бейн.

И… Джессика, не задавай вопросов. Пойми, иногда лучше о чем-то умолчать, – спокойно отвечает Джеймс, и я оседаю на стуле. Что? Бейн? Мне не послышалось? Мне становится плохо и к горлу подступает тошнота. Мелькает мысль о недоваренном ризотто.

– Что? – выпаливаю я. – Мы прилетели сюда вдвоем! Мы должны работать сообща. Как ты вообще можешь запретить мне спрашивать о чем-либо?

– Детка, – перебивает меня отец, – я с Джеймсом согласен. Чем меньше ты знаешь, тем лучше для тебя.

Зная тебя, ты можешь накрутить себе лишнего, в точности, как твоя мама.

– Папа, замолчи! Не надо приплетать сюда маму, – вскрикиваю я и поднимаю руку вверх. Внутри все клокочет от гнева. Снова вернулось то чувство, словно я марионетка, между Бейном и Джеймсом. Хуже всего то, что даже отец знает, похоже, больше чем я, а он всего без пяти минут в этом деле!

– О боже, что тут вообще происходит? – продолжаю я истерику.