Опасные желания

 – Вильгельмине Дженкинс не помешало бы проверить зрение.

Я начала выводить на муке спирали. Мама, как и я до вчерашнего дня, ни о чем не догадывалась. Казалось бы, это должно было меня утешить, но живот тревожно сжался и заныл от необходимости умалчивать правду. Мама взяла из корзинки яйцо и умело вскрыла его двумя пальцами. Я всегда поражалась этой ее способности.

– Смотрите, – сказала она, указывая в миску. – Двойной желток. Признак удачи.

Сейди перегнулась через стол. Два желтка уставились на нас, точно глаза.

Подгоняемая любопытством, я тоже схватила яйцо и осмотрела его. Оно ничем не отличалось от остальных. Я разбила его о край миски и тут же отбросила, будто у меня в руках оказалось что-то противное и отвратительное.

Мы вскрыли всю корзинку, испортив мамино тесто и впустую потратив дюжину яиц. В каждом было по два желтка.

– Никогда такого не видела, – мрачно пробормотала мама, окинув взглядом желтую массу.

– Может, это значит, что мы очень везучие? – спросила Сейди. – Это ведь хорошо, правда? Тем более сейчас, когда папа с Сэмом в лесу. Я бы побоялась идти туда, раз там столько чудовищ.

– Нет там никаких чудовищ, – ответила мама, еще раз взглянув на миску и отодвинув ее от себя. От разбитых яиц поднимался пар. – Просто какой-нибудь медведь слишком близко подошел к Эмити-Фолз. Или, может, пара волков отбилась от стаи.

– Но раньше ведь тут водились чудовища, – не унималась Сейди.

Где-то в начале лета моя сестренка придумала себе воображаемую подругу. Ее звали Эбигейл, и, если верить Сейди, она была красивой, как принцесса, носила роскошные платья и шелковые туфельки. Выдуманная подружка нашептывала Сейди городские сплетни, а та пересказывала их нам в самые неподходящие моменты. Я как-то подслушала, как мама сетовала отцу на существование Эбигейл. Ее тревожило, что Сейди уже слишком взрослая для выдуманных друзей, но папа был не против.

– Некоторые считают, что да, – ответила мама, предпочитая избегать упоминаний об Эбигейл.

– А ты нет?

– Я думаю… – Она со вздохом смахнула со лба выбившиеся прядки. – Я думаю, что, когда наши Основатели прибыли сюда, они были измучены тяготами пути.