Ниточка к сердцу

Все знают, что противник дважды пытался прорваться в Солнечную систему, и оба раза мы разбили вражеский флот. Люди считают, мы в полной безопасности. И это, в общем-то, верно: сирианцы нам не угроза.

– В чем же проблема?

– Войну надо или выиграть, или проиграть, третьего не дано. Но одной лишь обороной победы не добиться. Нельзя просто сидеть и ждать! – Вулф вдруг грохнул кулаком по столу, отчего ручка подпрыгнула на добрых полметра. – Мы должны что-то делать! Перехватить инициативу. Уложить противника на лопатки и выбить из него всю дурь!

– Ну, рано или поздно мы победим…

– Может, да.

А может, и нет. Это от многого зависит.

– От чего, например?

– Например, от того, сумеем ли мы правильно использовать доступные ресурсы. В частности, таких людей, как вы.

– А поконкретнее нельзя? – попросил Моури.

– Смотрите, в техническом отношении мы значительно превосходим Сирианскую империю. Наше вооружение лучше и эффективнее. Однако у сирианцев есть свое преимущество: они превосходят нас численностью.

На одного землянина приходится двадцать сирианцев, а значит, и оружия в количественном соотношении у них больше.

– Точно?

– Увы, да. Хотя в газетах об этом, конечно же, не пишут. Итак, у нас выше военный потенциал, у сирийцев – больше солдат. И поскольку мы не можем оттягивать время и спешно размножаться как клопы, надо противопоставить им что-то другое.

– Понятно.

Моури задумчиво прикусил нижнюю губу.

– Однако, – продолжил Вулф, – задача решается гораздо проще, если принять во внимание тот факт, что один человек способен посеять панику в толпе, двое могут парализовать на время целую армию (двадцать семь тысяч!), а крохотная оса – уничтожить четырех великанов и их огромный механизм.

 – Он выдержал паузу, следя за реакцией Моури, после продолжил: – Возможно, человек сумеет остановить дивизию, если в нужном месте и в нужное время напишет мелком пару слов.

– Хм, весьма нетрадиционный способ ведения войны!.

.

– Поэтому-то он и принесет результат.

– Мне нравится. Всегда любил такие фокусы.

– Мы в курсе. – Вулф открыл лежащую на столе папку. – В день четырнадцатилетия вас оштрафовали на сто сирианских гульдеров за оскорбление должностного лица путем нанесения на стену письмен высотой в двадцать дюймов. Отец принес официальные извинения от вашего имени, сославшись на подростковое легкомыслие. Сирианцы, конечно, были в бешенстве, но дело все-таки замяли.