Фрай Уэнсли – борец с нечистью. Книга четвертая

Этот Ульфред имел знамя с драконом, и дракон был изображен на его щите и латах. Все это поведал нынешний владелец гостиницы, пожаловавшись, что нынче у него дела идут не очень, немногие желающие останавливаются здесь на ночлег.

Уставшие ловцы всякой нечисти, рады были и такому ночлегу, особенно после сытного обеда, когда для них приготовили седло барашка. Сэр Фортрайд собрал всех своих спутников на беседу, он любил поговорить о планах на завтра, даже мисс Изабелла не постеснялась присоединиться к мужскому обществу, она просто обожала по-свойски разговаривать с мужчинами.

Их работа в маленьком городке закончена и пора возвращаться в столицу, Бран Тар прислал не очень утешительные вести – на юге Лондона обнаружен новый ковен черных ведьм, эти приверженки зла снова взялись за былые проказы: детей воруют, проклятия сыплют налево и направо, наслали какую-то заразу и бедные жители двух улиц вынуждены переселится из собственных домов.

– И как с этими «женщинами» разговаривать? – пожал плечами Эдвард, – Я с ведьмами не могу найти общий язык, поэтому придется действовать вслепую.

Тут в разговор вступила Изабелла, считающая, что она может быть полезна:

– А может мне сойтись с этими представительницами волшбы, я ведь женщина и смогут понять их замысел, – Белла задумчиво приложила указательный палец к подбородку, раздумывая над своею же задумкой.

Мужчины внимательно выслушали даму, не перебивая, но выражения их глаз означало, что никто с ней не согласился, даже брат, который только кривился:

– Сестра, это так похвально с твоей стороны рисковать собственной жизнью, но не забывай, что ведьмы – существа могущественные, практикующие магию, о которой ни тебе ни мне, ничего не известно, а значит, это может быть смертельно и опасно.

– Братец, я учла и такую возможность, но разве у нас с тобой нету никакого дара – я ведь могу читать людей насквозь, а ранее и вовсе обнаружила под личиной волка мистера Фрая, а значит, я увижу, что в мыслях у этих женщин и предупрежу вас, доверяйте мне.

Эдвард Уэнсли подошел к разожженному камельку, наклонился к нему, чтобы согреть руки и спокойно молвил, будто говорил о счетах мясника:

– Я полагаю, наш запрет на вас, мисс Лэнси, никак не подействует. В этом вы напоминаете мне племянника, который вопреки всем поступает, как ему заблагорассудится, и я ничего не могу с тем поделать, а значит, и вам ничего запретить не могу, – он повернул голову в сторону сидевшей Изабеллы, проверяя свои догадки.