Фолиант желаний

Жизнь вообще частенько преподносит сюрпризы в духе «нарочно не придумаешь», – главное уметь об этом рассказать.

Основным стимулом своего творчества Александр называет стремление повысить интерес к истории – прежде всего у молодёжи, превратить её из «скучного» школьного предмета в источник увлекательных открытий: «Чем больше людей мы сможем приобщить к нашему общему прошлому, тем лучше. Без прошлого не бывает будущего». Отсюда ещё одна литературная форма – думаю, не будет преувеличением сказать: авторское изобретение писателя – жанр «исторической загадки», согласно которому интрига, заданная в начале рассказа, раскрывается лишь в самом финале – либо же не раскрывается вовсе, финал остаётся открытым для самостоятельного читательского поиска.

Творчество Александра вообще пронизано духом приключений. Конечно, учитывая то, что в основе лежат реальные события, приключения эти порой опасны и далеко не всегда удачно оканчиваются, – но это лишний раз подтверждает: историю человечества творят не только сила и мудрость (или, оговоримся, в некоторых случаях отсутствие таковых), но также и азарт, готовность рисковать, самоотверженность… В споре из песни Андрея Макаревича, вынесенной в эпиграф этого предисловия, правы оба: в жизни предостаточно и тех, и других.

При всём разнообразии исследуемых автором тем нельзя не заметить, что особым его интересом пользуются оставившие существенный след в истории дамы – как правило, сильные характеры, зачастую с авантюрной жилкой, в которых поистине мужские воля, смелость и выдержка удивительным образом сочетаются с пылким женским сердцем, готовым на всё ради любви. В сущности, в данной книге именно этот мотив – основной: её героини – «фурии революции» (причём и с «белой», и с «красной» стороны, и даже с «зелёной» – так именовали себя в ту пору анархисты) и роковые сердечные подруги великих писателей, участницы Сопротивления времён Второй мировой войны и женщины – легенды советской разведки… а ещё – простые люди, наши с вами соотечественники – из тех, кто самим своим существованием заставляет усомниться в правомерности расхожего мнения: «Хороший человек – не профессия».