Тому, кто желает, но не может умереть

 – А ты кто?

– Я Кевин Таллер, – серьёзно ответил малыш. – Я тут живу.

– А я Лэнс Таллер и я тоже жил здесь. Стало быть, мы с тобой родственники?

– Да? – удивился мальчик и, повернувшись в гостиную, закричал: – Мам! К нам родственник приехал! – послышались торопливые шаги, и позади мальчика показалась молодая женщина.

«У брата хороший вкус», – подумал Лэнс и поднялся:

– Добрый день, – улыбнулся он молодой хозяйке.

– Добрый, – ответила та. – Вы к кому?

– Думаю, что к вам.

– Всё в порядке, Кэтти, – раздался низкий, хорошо поставленный голос.

Кэтти широко открыла дверь и пропустила гостя в дом. По лестнице медленно спускался хозяин. Он был в спортивном костюме, на его плече лежало махровое полотенце. Лэнс впервые увидел брата в очках и не смог сдержать улыбку. Потом снял с плеча сумку и поставил её на пол.

– Привет, Джонатан, – сказал он.

– Привет, блудный сын. Проходи, знакомься, это Кэтти, это Кевин. А это мой непутёвый брат – Лэнс.

Повисла пауза. Мальчик прижался к ногам матери, а Кэтти смотрела на Лэнса, слегка прищурившись.

– Ну, любить, предположим, необязательно, – Лэнс огляделся. Всё здесь было так и не так одновременно. Наверное, он просто подзабыл свой дом.

– Твоя комната в твоём распоряжении, – сказал брат.

– Спасибо, Джонни. А мама дома?

– Мама? – Джонатан подошёл к столику и взял сигареты. – Я же писал тебе о ней.

– Писал? Я ничего не получал, – Лэнс почувствовал неприятное ощущение в желудке.

– Она умерла, – тихо ответил брат. – Два года назад. Я писал тебе.

– Мне никто ничего не передавал.

– В вашем санатории не принято сообщать неприятные вести?

– Как же так? Она… болела? – Лэнс с трудом подбирал слова.

– А что, не было причин для недомоганий? – голос брата приобрёл металлический оттенок.

– Джо, не надо, – попробовала вмешаться Кэтти.

– Не надо? – Лэнсу казалось, что голос брата режет его мозг, словно скальпель. – Пусть слушает, излюбленное, избалованное чадо! Если бы он хоть раз вспомнил о ней, она была бы жива! Она была бы с нами и радовалась бы внуку! Она заслужила это, черт тебя возьми! А ты убил ее своим скотским поведением!

– Джонатан, так нельзя, – женщина присела перед сынишкой. – Иди в свою комнату, сынок.

Мальчик кивнул и побежал прочь из гостиной.