Среди волков

– Это ты проник в наш дом прошлой ночью?

Он не отвечает на вопрос и, перегнувшись через стол, проникновенно говорит:

– Ты ведь скучаешь по мне. Я знаю каждую родинку на твоем теле…

Вскочив как ошпаренная, тороплюсь к выходу, не чувствуя под собой ног.

Бен идет за мной, хватает за руку, но я вырываюсь, продолжая уверенно шагать к машине, гулко цокая каблуками по огромной полупустой стоянке. Разбушевавшийся ветер треплет волосы и угрожает задрать юбку. Вдалеке от света фонарей рядом с моей машиной припаркована серебристая «Ауди» Бена.

– София! – Бен догоняет меня и прижимает к мокрой водительской дверце.

– Что тебе?

– Я же знаю, что ты скучаешь! Знаю, что думаешь обо мне!

Он пытается меня поцеловать, но я резко отворачиваюсь. Бен продолжает приставать: прижимает к машине и обнимает.

– Я скучаю по твоим прикосновениям, милая, – шепчет он, тесно прижавшись ко мне и не давая сдвинуться с места. – Помнишь, ты трогала меня между ног прямо под столом, на публике, и шептала, чего хочешь? – Бен прикрывает глаза, предавшись воспоминаниям.

– Бен, отстань! – Я корчусь под натиском его тела, скользкая ткань юбки поднимается до бедер.

Он прижимает свой лоб к моему.

– Тебе нравится, когда трогают здесь. – Водит пальцами по внутренней стороне моего запястья и горячо дышит в ухо. – Но больше всего ты любишь это! – Задирает юбку еще выше и насильно целует меня в губы. – Я все время думаю о тебе, София! Вспоминаю, как прижимал тебя к стене, протягивал руку, чтобы снять белье, а его уже не было, и пальцы встречали увлажненную плоть, потому что ты хотела меня… Помнишь, как я ласкал тебя до тех пор, пока ты не начинала молить о пощаде?

Прерывистое дыхание обжигает лицо, Бен просовывает руку в мои кружевные стринги.

– Я скучаю по тебе, София. Скучаю по твоему запаху, по голосу, тому, какая ты…

Прикусив мочку уха, он вынимает палец из моего лона и облизывает его.

Ну все, с меня хватит.

– Пошел ты!

Быстро сажусь в машину, запираюсь и, выруливая со стоянки, серьезно подумываю: «А не переехать ли паршивца?»

В боковое зеркало видно, как Бен плюхается на водительское сиденье своей машины. Гнев отступает, и мне стыдно, что я так жестоко отшила его в прошлом. Бенджамин Бут любил меня как никто другой. Но страсть поглотила его настолько, что он стал почти невменяем.