Под чужим именем

Девушка прикрыла глаза и приоткрыла губы, подставляя лицо ловким рукам служанки. Кисти плавно скользили по её коже, и по комнате разнёсся едва уловимый сладкий запах. Но вдруг Дальмайер перестала чувствовать прикосновения и распахнула веки, встречаясь взглядом со своим отражением в зеркале.

В её доме почти не было зеркал, и сейчас, пристальнее и внимательнее разглядывая свое отражение, она поняла, как сильно стала похожа на мать. Агата сделала её черты ярче, а губы подчеркнула тёмной помадой, из–за чего белые зубы ещё сильнее сверкали на лице.

–Как тебе? – женщина довольно устроила руки по бокам и оглядела Киару.

Но та лишь поджала губы и отвела взгляд в пол, перебирая пальцы. Собрав все оставшиеся силы, она понялась на ноги, не говоря ни слова, и подошла к платью. Агата ничего не сказала и просто приблизилась к ней, понимающе глядя на девушку.

Огрубевшими пальцами та подняла почти невесомую ткань, осторожно нырнула в неё, и шелк разгладился на теле, идеально устраиваясь на плечах.

Агата подошла сзади и начала постепенно затягивать на спине ленты, образующие сложный узор. Платье плотно прилегало, но было достаточно свободным, чтобы нормально дышать. Шелковый янтарь почти доставал до пола и полностью закрывал руки и спину, лишь слегка оголяя бледную шею.

Киара надела черные туфли без каблука и вновь подошла к зеркалу, осматривая себя с ног до головы, и невольный блеск показался в её глазах, зелень радужки которых ещё сильнее оттенял цвет одежды. Она бы и не узнала себя, если бы не едва заметная ссадина на щеке.

Всё ещё влажные темные волосы выбились и опустились перед её лицом.

–Теперь нужно что–то сделать с причёской, – тихо сказала Агата, боясь нарушить трепетный восторг в глазах девушки, – ты, кажется, сможешь позаботиться об этом сама? – она вспомнила недавнюю сцену.

Киара лишь кивнула и села за столик, распутывая волосы большой расчёской. Начиная с самых концов, она осторожно привела всё в порядок и затянула хвост резинкой в цвет платья.

Уже через пару минут, вытренированными до совершенства движениями, девушка завернула волосы в шишку, закрепляя её золотыми заколками. Она вновь посмотрела на себя и расправила плечи.

Девушка не могла осознать, что сейчас на неё смотрит собственное отражение. Ей всегда нужно было оставаться незаметной. Чтобы после смерти матери её не нашли. Чтобы её не украли местные бандиты, не поймала полиция за все убийства, что она совершила.