И вдруг тебя не стало

И даже тогда часть меня верила, что Паоло все еще может появиться с двумя чашками кофе и озорной улыбкой и что я полдня буду на него злиться, а потом снова начну наслаждаться чудесным отпуском. Что когда-нибудь это будет казаться просто забавной историей. Мальчик продолжал тщательно закреплять лодку, скорее бормоча себе под нос, чем обращаясь ко мне:

– В противном случае лодка может серьезно пострадать. Эта обшивка…

Внезапно я проговорила совершенно не своим голосом:

– Мне плевать на судно.

Подросток остановился, поднял голову и замер.

– Это экстренная ситуация. Вчера я уплыла отсюда со своим парнем, а сегодня утром его не было на борту. Я не знаю, где он может быть. Я не знаю, где он.

Мальчик поднял вверх ладонь и завязал булинь вокруг сваи. В его серых глазах отражался свет от водной ряби.

– Он умеет плавать?

– Да.

– Так, может, он в заплыве?

Словно я об этом не подумала.

– Возможно. Я надеюсь.

Я собирала вещи.

– Вы его видели? Черные волосы. Примерно такого роста.

 – Я подняла руку на шесть дюймов над головой.

Глаза мальчика следили за мной, вся беззаботность летних деньков исчезла из них. Он покачал головой.

– А люди вообще так делают?.. Я имею в виду, это случалось и раньше?

– Леди, мой босс только что убежал. Он вернется минут через двадцать.

Я точно не собиралась торчать там еще двадцать минут.

– Здесь есть мобильная связь?

– Э… Зависит от оператора.

– У тебя есть?

– Иногда, – ответил парень. Я взглянула на его телефон, выглядывавший из кармана.

Прежде чем он успел сделать шаг назад или отказать мне, я вытащила его и вызвала 911.

Затем я отдала подростку его телефон и вернулась в лодку, чтобы в последний раз оглядеться, будто остановка могла пролить свет на что-то, чего я раньше не заметила. Звук быстрых шагов мальчика эхом отзывался от сухого причала. Я открыла шкафчик, где Паоло хранил футляр с камерой. Стук моего сердца отдавался в ушах, и я сунула футляр в сумку, замотав ее в свою до сих пор сложенную одежду, и поставила сумку на причал, снова выбираясь из лодки.

Я знала, Паоло любит эту камеру, и я хотела, чтобы хоть эта его часть была со мной. Кроме того, я знала, что не вынесу, если с ней будут неаккуратно обращаться или если камера случайно упадет в воду.

Десять минут спустя шины полицейской машины с хрустом заехали на известняковый гравий. Офицер был огромным мужчиной с бледным, округлым лицом, по которому невозможно было определить его возраст.