Невинность для Ночного господина

 – Если это какой-то хитрый план эльфов, вы сразу же его проясните.

Люсьенда улыбнулась.

Мы вместе вышли из покоев де'Лавра.

О, дворец был огромен! Слишком ясно бросалось в глаза, что строили его не эльфы. Некогда всё здесь принадлежало оборотням – ещё до того, как мы нашли на них управу. А теперь вот эту управу отобрал у нас дроу-полукровка.

Галереи, арки высотой в несколько человеческих ростов давили монументальностью. Гуляли сквозняки – я даже поёжилась, хотелось завернуться во что-нибудь тёплое. Или сбежать на солнце, отогреться.

И снова портал – Люсьенда недовольно поморщилась, видимо, раздосадованная тем, что нам не стали показывать дорогу.

А через миг мы вышли в ещё одном огромном зале. Точнее, кабинете.

Стол размером с кровать – тёмного дерева, с резными скульптурами вместо ножек. Такие же кресла. И целый угол, отведённый под не самые мягкие методы дознаний: цепи с кольцами, закреплённые в стене, набор инструментов, на которые страшно смотреть, и полка с переливающимися артефактами всевозможных форм и цветов.

Из-за стола поднялся ещё один дроу. На этот раз вполне настоящий: светлые, с пепельным отливом волосы, горящие красным глаза. Не молодой – во всяком случае, постарше Наррана. Хотя тело и движения сохранили присущую всем дроу гибкость и силу.

– Эль Аббелимарис? – не без удивления произнёс дроу, взглянув на невесту своего господина.

– Дрэ с’Айсмет, – кивнула эльфийка, здороваясь.

– Люсьенда захотела присутствовать при нашем разговоре, – произнёс Нарран.

– Что ж, – взгляд дроу стал почти змеиным. – Пусть присутствует.

Люсьенда опустилась на одно из кресел с высокой спинкой, закинув ногу за ногу и всем видом показывая, что готова слушать. В то время как дознаватель вышел к нам.

В его пальцах обнаружился красный поблёскивающий шарик, который он сунул мне в руки. Не сводя пристального, пронизывающего взгляда.

Артефакт правды!

– Прошу, встаньте вот здесь, – мужчина указал рукой в круг, очерченный на полу.

Круг вспыхнул вязью красных букв из алфавита дроу, едва я шагнула внутрь.

Слова оказались незнакомы, хотя я неплохо владею их языком!

Артефакт в моих руках моментально нагрелся, загораясь.

Изнутри откликнулся мой собственный, тщательно и глубоко хранимый.

Одна маленькая хитрость, которой меня обучили прямо перед отъездом. В конце концов, мы в нашем Храме соединяем несовместимое. Что такое соединить всего лишь два разных артефакта! Пусть даже один из них чужеродный.