Тише, ты – моя

– Не бейте меня, пожалуйста! – вскрикнула я, полностью встав на четвереньки, ведь Александр на мгновенье отпустил мои плечи. – Не надо!

– Я не ударю, – спокойно заявил он. – Не бойся. Прими прежнюю позу.

Я послушно прижалась грудью, ладонями и лицом к дивану, пока моя попка была призывно задрана вверх.

Пальцы мужчины снова покинули лоно, а сам он ловко обмотал мои бедра ремнем и туго застегнул его. Теперь я не могла развести ноги, а сильно прижатые друг к другу коленки больно впивались друг в друга.

Но и здесь Страм проявил чуткость. Он снял с себя футболку поло и просунул мне сложенную ткань между коленей.

– Не больно? – чутко спросил он.

– Нет, – выдохнула я и с предвкушением закусила губу, так как Страм расстегнул джинсы и крепко обхватил меня за бедра.

Большими пальцами мужчина аккуратно раскрыл мои складочки и принялся медленно входить в меня восставшей плотью.

Мое сжатое лоно с трудом могло принять в себя мужчину, поэтому я заскулила:

– Больно!

– Знаю.

Я протяжно заскулила от ощущения, что Страм растягивает меня изнутри. Готовит для себя. Нежно, но настойчиво. Мне кажется, даже если бы я зарыдала от боли, он бы не остановился. Сказал бы что-нибудь ласковое, успокоил меня, но не остановился.

Войдя в меня до упора, он быстро вышел, заставляя меня податься за ним назад, а затем снова вошёл, но более резко и грубо.

Я снова заскулила, от ноющей боли внизу живота, которая электрическими зарядами отдавала мне в грудь. А трение острых вершинок о теплую кожаную обивку ещё больше возбуждало.

От третьего уже совсем резкого толчка не было больно совсем. Лишь сладко потянуло внизу живота, что вызвало во мне глухой стон в обивку.

Я закусила палец зубами, чтобы не скатываться до роли порно актрисы и не кричать от каждого толчка, но Страм и это заметил.

– Вытащи палец из ротика, иначе я найду чем его заполнить, – тогда он снова придавил меня лапищей между лопатками и ускорил ритм.

С каждой секундой он вбивался в меня все неистовей, вырывая из меня крики, всхлипы и сдавленные стоны.

Никогда прежде я не чувствовала себя настолько беспомощной. Будто мое тело не принадлежит мне. Меня трясло от возбуждения, в голове вибрировало от собственных криков, а бедра были просто предоставлены моему любовнику в распоряжение.