Доминант

Когда я перестала поджимать свои пальчики, Маер понял, что я больше ничего не чувствую и ударил меня пару раз хлыстом по ягодицам. Я кричала, но не сводила взгляд с зеркала. Было видно, что мужчине действительно нравится то, что он делает и на его лице блуждала довольная ухмылка.

Наконец Маер, все еще удерживая в руках хлыст, схватил меня за ошейник и притянул к себе. Пылающими ягодицами я чувствовала готовность мужчины к интиму. Теперь я хотела даже соблазнить его, лишь бы он больше меня не бил. Я прижалась ягодицами к его паху и призывно посмотрела ему в лицо.

– Тебе понравилось? – ухмыльнулся Маер.

Я кивнула, хотя откровенно обманывала мужчину. Сейчас я скажу все, что угодно, лишь бы он избавил меня от этого комка внизу живота. Тихий стон вырвался из моего горла, когда руки Маера легли на мою грудь. Он проводил грубыми кожаными ремешками по вершинкам, вынуждая грудь наливаться и вызывая покалывание. Затем он поднялся ладонями к плечам, к шее и добрался до маски.

Продолжая удерживать меня за ушки маски, он прогнул меня в пояснице и не торопясь расстегнул ремень. Затем вытащил его из брюк, сложил вдове и ударил меня по ягодицам.

Снова крик. Жар от удара пронесся по всему телу. Маер просунул ремень между моих ног и провел им по влажной промежности.

– Хочешь, чтобы я трахнул тебя? – спросил он, увидев мокрый след на ремне.

Я кивнула, поскуливая от не унимающейся боли.

– Попроси меня об этом, – Маер еще раз ударил ремнем по ягодицам, но уже с такой силой, что у меня выступили слезы.

– Возьмите меня! – выкрикнула я.

– Нет, – ласково прошептал он, занося ремень для очередного удара. – Такая просьба меня совсем не заводит.

Еще один удар и слезы полились из глаз, но маска все скрывала.

– Трахни меня! – выкрикнула я, уже не стыдясь подобных слов. – Больно, жестко, как хочешь, только трахни! – кричала я, чтобы только избавиться от этого пылающего костра в промежности, что сжигал меня изнутри.

– Да, вишенка, – протянул Маер и спустил брюки. Он раскрыл мои складочки пальцами и тут же вошел в меня. Больно, резко, на всю длину. Второй рукой он продолжал прижимать меня к зеркалу, обездвиживая и всецело подчиняя себе.

С каким-то животным остервенением он начала двигаться во мне, вынуждая мои интимные мышцы сжиматься от такого резкого и остервенелого проникновения.