Гнев

Но, как ни странно, меня никто не заметил. Я осторожно выглянула из-за угла и осмотрелась. Демон сидел на своем месте. Я побежала к лифту и судорожно начала нажимать на кнопку.

– Давай же! – прошептала я. – Быстрее!

Двери открылись, и я запрыгнула в кабину лифта. Нажала на кнопку первого этажа и с облегчением вздохнула. Пронесло.

Вдруг чья-то рука просунулась меж дверей, и они открылись.

– Попалась, воровка, – грубым голосом произнес тот самый демон.

Его свирепые красные глаза смотрели на меня с ненавистью.

Он взял меня за шкирку, словно котенка. Но я и не от таких отбивалась! Я взвизгнула и как ударила его локтем в живот. От неожиданности он опустил меня, затем мигом достала сотовый. Я включила камеру и произнесла:

– Этот мужлан домогается меня. Преследует и … – не успела договорить, как он ударил кулаком об кабину лифта. Все затряслось. Свет замерцал. Лифт остановился.

– Смотрю, ты на всю голову шизанутая! Неудивительно, что ты вышла из кабинета психолога. По тебе дурка плачет! Ты должна вернуть эту рубашку в магазин.

Знаешь хоть, сколько она стоит?

– Я уже купила ее! И перевела деньги Аделаиде! Сейчас покажу перевод, – пыталась я зайти в приложение банка, но интернета не было. – Связи нет… – тихо проговорила я.

– Мы в лифте, дура! Конечно, его нет! Угораздило же мне застрять тут с тобой!

– Вообще-то, это полностью твоя вина… – прикусила нижнюю губу, поняв, что не то сказала. Проклятый мой язык. Нельзя его провоцировать.

– Диспетчер? – нажал он на кнопку.

– Что у вас?

– Мы застряли в лифте.

– Мы уже работаем над проблемой.

– Можно побыстрее! Не хочу оставаться с этим недалеким человеком! – крикнула я, и послышался смех в диспетчерской.

– Думаешь, я хочу быть здесь, рядом с тобой? – фыркнул он недовольно.

Мужчина что-то невнятно бормотал себе под нос.

– Можно тихо! – раздраженно попросила я.

Демон взглянул на меня с угрожающим видом. Его лицо исказилось в злобной гримасе.

– Я считаю про себя, чтобы не прибить тебя.

У меня проблемы с гневом. Поэтому захлопнись. Не провоцируй меня.

– А говорил, что я шизанутая. А у самого-то проблемы с головой, – ухмыльнулась я.

– Не говори со мной, – отвернулся он от меня.

Блин… Когда так говорят, мне наоборот охота насолить человеку. Надо сдержать свой острый язык. Главное – молчи. Думай о хорошем. О щенках, о море. Черт! Не могу так. И почему я вдруг так посмелела? Наверное, из-за камеры в лифте. Чувствую себя безопаснее.