Крик Марионетки

– Ты же его и ударила!

– Это не правда!

– Кара, я всё видела!

– Видела то, чего не было?!

– Стоп! – вступил Дилан. Ему за глаза хватило ссор в семье, и он не желал начала новой. – Давайте без споров хоть сегодня! Я только стал говорить! Не заставляйте меня снова молчать!

Услышав подобное, Азалия мигом ушла на нижний этаж. Ей, может, и хотелось как следует отчитать Кару, но не такой ценой. Эта ругань не стоила молчания Дилана, а видеть его в том же ужасном состоянии, как в последние дни – просто не выносимо.

Мама оставила детей наедине, надеясь, что они разберутся в отношениях друг с другом сами.

Дилан предложил Каре войти в комнату. Она, конечно, согласилась и прошла, когда брат, наконец, открыл дверь.

Внутри был полный беспорядок, вещи валялись по всему полу (и не только), мусор вывалился из ведра, везде была разбросана бумага. Что тут случилось, Кара не знала и знать не хотела. Здесь будто ураган прошёл.

– А говорил, моя комната – это мусорка, – сказала Кара и принялась собирать листы, с интересом разглядывая их.

 – Что это?

– Так, ерунда. Рисунки.

– Не знала, что ты рисуешь.

– Я тоже не знал. Просто накалякал всякое. Но с тобой я в этом не сравнюсь.

– Ты ещё говорил, что я плохо рисую, разве нет?

– Правда?… Не помню.

Решив не повторять былого, Кара продолжила разгребать бумаги. На них были изображены разные вещи: неизвестные флаги, гербы, странные башни и ещё много всего. Кажется, на каждом из рисунков присутствовала средневековая тематика.

Довольно красиво, но с каких пор подобное интересует Дилана?

– Интересненько, – начала Кара, складывая просмотренные листы в стопку. – И какой это век?

– Не знаю. Я рисовал просто так.

– А я уж подумала, что тебе это нужно для уроков истории.

– Ага. Скорее для фэнтезийных книжек. Только вот я не писатель, – Дилан тяжело вздохнул, а затем принялся забирать у сестры рисунки. – Лучше не трогай. Давай я уберу их в шкаф.

В ответ Кара лишь недовольно фыркнула, но перечить брату не стала, припоминая, как ей не нравилось, что он брал её вещи.

Девочке было неприятно, и ему будет точно так же, поэтому, чтобы лишний раз не доводить до плохого, Кара вернула Дилану его творения. И, пусть она не ожидала от него доброты, по крайней мере, её совесть чиста.

– Ну, ладно, – Кара пожала плечами. – Хоть расскажи, почему ты молчал.

– О… Я…

– И почему заговорил сейчас?

– Я сам не знаю… – Дилан слегка помрачнел.