Волшебная суета

Магия, выпущенная богами, не была светлой или темной. Волшебству в принципе все равно, что происходит, оно не видит большой разницы между одним заклинанием и другим. Люди, наоборот, любят окрашивать все в белые и черные цвета, а где возникают тонкости и неясности можно добавить немного серого, а там поди кто-нибудь и разберется. Например, оживлять мертвецов – это плохо, а исцелять – хорошо, порабощать волю человека – плохо, а швырять в соперника огненные шары – хорошо или плохо?

В землях Бывшей Империи существует достаточно много интересных и необычных профессий.

***

    3238 год до к.с., месяц Изумрудной звезды

Утро для верховного чародея не начиналось. Вечер плавно перешел в ночь, а она – в раннее бессонное утро. Жил волшебник так, как ему и полагалось по званию – в Северной Небесной Крепости, на огромной перевернутой воронкообразной скале, похожей на чародейскую шляпу, плавающей в воздухе на высоте девятиэтажного дома, прямо в центре людского города Подколпачье.

СероБрод Первый, а именно так звали этого волшебника, по словам некоторых людей, поднявшего Небесную Крепость в воздух одним движением пальцев, застонал с первыми лучами солнца. Свет пробивался через пыльные круглые окна небольшого уютного домика, расположенного у самого края верхней площадки скалы. К дому примыкал сарай и огород, которым волшебник очень гордился. И не удивительно, ведь овощи, росшие на огороде, не один год подряд занимали призовые места на всевозможных ярмарках Бывшей Империи.

Фиолетовые баклажаны с гладкой сверкающей кожурой, огромные тыквы, стреляющие семечками, прыгающие редиски и ярко-рыжая с сочной ботвой морковь – были выращены на плодородной земле, привезенной с полей Подколпачья.

СероБрод потянулся, смачно зевнул, скинул одеяло и с неохотой встал с кровати.

Так ужасно плохо он никогда не спал. За всю тысячу с хвостиком лет СероБрод не чувствовал себя хуже. Все тело ломило, руки дрожали, голова гудела и звенела, как колокола на празднике Уцененных Мантий.

– Надеюсь, это не старость, мне еще рано. – СероБрод расправил плечи и выгнул поясницу. Она хрустнула и затрещала, как трескается столетнее дерево от удара молнии, или когда каменные глыбы обрушиваются к подножию горы.

Не надевая халат, волшебник зашагал в сторону ванной комнаты.