Величайшая Ведьмина Пакость

Хохочущая женщина в рваном платье пронеслась над девушками.

Призрак покружилась с другими умершими, залюбовалась огнями, горящими в чашах у рва и прошла сквозь стену в виде огромных врытых в землю костей.

Черный песок под девушками просел, и они кубарем полетели вниз, спускаясь с холма как по снежной горке. Осел первым вскочил и отряхнув морду, попытался забраться на верх, куда минуту назад было почти не возможно его загнать. Эбби подпрыгнула, когда из под земли прямо перед ней появился мертвец.

– Ты в порядке? – Витиевата убрала длинные полосатые волосы с лица.

– Чертов призрак напугал. – девушка стряхнула песок с черной юбки.

– Да больно надо было! – мертвец плыл над черным песком в бочке и держал за седые волосы свою отрубленную голову.

Витиевата поймала и успокоила осла.

– Не обращай внимания, мы здесь не из-за них. – ведьма взяла подругу за руку.

– Мне уже не страшно, Витиевата.

– Ладно, недотрога. – Витиевата всегда относилась к Эбби как к сестре, к очень вредной сестре. – Мне тоже.

Сквозь толпу призраков девушки добрались до центрального входа в город Кошмракс. Пробраться через толпу не составило ни какого труда. Не пришлось активно работать локтями, упираться или протискиваться, как принято например среди живых людей, сквозь призраков можно было просто проходить насквозь. Периодически извиняясь и сдерживая дрожь от холода веющего от еще недавно дышащих людей и прочих народов.

В толпе девушки увидели расплющенных гномов, исколотых стрелами эльфов, шестерых людей проткнутых одним копьем.

– Повозка тоже светиться. – удивилась Эбби. – Как так?

– Раз она здесь, значит после смерти она предпочла стать призраком. – рассудила Витиевата.

А вот ослу были все равно, что случилось с телегой, для пошатнувшейся ослиной психики последней каплей стал призрак запряженного, в эту самую телегу, осла.

Перед самым входом в город наших путниц резко остановил стражник, преградив им путь ржавым двуручным мечом.

– Куда?! – прокричал страж, его шлем закрутился на металлических щитках, защищающих шею воина, а из-под забрала повалил густой пар.

Эбби хотела броситься с бой, но вовремя прикусила язык. Чувствовать себя ведьмой и быть ею это разные вещи, и мертвецы такие вещи слишком хорошо чувствуют.