Варварская вера

Это было непривычное для неё чувство, так как всю жизнь она думала, что мир жесток к ней и что все лишь используют её в своих целях. Она с приятным трепетом неожиданно осознала свою значимость и важную роль не только в жизни Пенфесилии, но и всего племени.

«Я приближена к самой могущественной амазонке в мире, к царице Ипполите! Я не подведу ни её, ни своих сестёр, ни Пенфесилию!»

Пошатываясь и зевая, амазонка добралась до кровати и легла с улыбкой и с мыслями о своей значимости. Когда первые лучи солнца осветили каюту Климены, она уже крепко спала, нежно обняв свою подушку.

***

Корабли остановились в четверти мили от юго-восточного берега моря Понт Эвксинский. От порта, который когда-то находился под контролем племени Марпессы, осталась лишь пара досок, торчащих из воды. Ипполита с напряжением осмотрела побережье, а затем громко сообщила стоящей на палубе соседнего корабля Гарпе:

– Спусти лодки и изучи берег со своим отрядом! У меня плохое предчувствие! Остальные, зарядите стрелы и следите за берегом! Это касается всех кораблей!

Амазонки начали готовиться к бою.

На палубах выстраивались лучницы, а лодки с разведчицами Гарпы направлялись к берегу. Фалестрида попыталась прислушаться к звукам побережья, но там стояла абсолютная тишина, что насторожило амазонку.

– Мама! – Кима активно помахала рукой Фалестриде с соседнего корабля, а та напряглась ещё больше, понимая, что её дочь теперь тоже подвержена опасности.

– Кима! Ты как здесь оказалась?! Кто взял мою дочь на борт?! – она злостно осмотрела стоящих рядом с девочкой амазонок.

 – Спрячьте Киму внутри корабля! Чтобы я не видела её на берегу! Поняли?

Ипполита подошла к девочке, давая Фалестриде понять, что Кима под её присмотром. Затем царица повернулась к нескольким амазонкам, которые находились рядом с ней, и те, убрав луки, взяли Киму за руки и повели её в сторону спальных комнат под громкие недовольства девочки.

Пенфесилия выглядывала со своего корабля на берег, наравне со всеми держа лук, а Климена внимательно смотрела на неё со своей палубы, досконально изучая её лицо и покрытое доспехами тело, будто пыталась запомнить её образ навсегда.

Орифия с сильным биением сердца ждала возвращения Гарпы, однако ни она, ни её отряд не появлялись на берегу.

Плотные деревья надёжно скрывали за собой лагерь амазонок Марпессы, который находился в центре леса. Этот лагерь мало чем отличался от лагеря Фалестриды – разве что тем, что он находился на берегу моря, а не реки.