Искушение Лилит

Медленно привстав с кровати, она стыдливо посмотрела на Кузьмина и растерянно сказала:

– Домой уже пора.

– Останься, прошу, – проговорил Женя, глядя на Ангелину молящими глазами.

– Мне плохо, много выпила, наверное.

Кузьмин огорченно посмотрел на подругу. Но она даже не взглянула в его сторону; а поспешно поправляла платье.

– Мне тошнит, Жень. Я домой.

– Тогда я тебя провожу, – глубоко вздохнув сказал он.

– Не нужно. Я смогу дойти сама, – решительно сказала Ангелина, направившись к выходу.

– Ангелина, останься, – он тяжело задышал, казалось, что он сейчас накинется на подругу.

Ангелина быстро затопала к выходу.

Выйдя из дома, девушка нежно взглянула на своего друга и только хотела попрощаться, как тот схватил ее за бедра, близко прижал к себе и начал целовать в губы. Она не сопротивлялась. Когда поняла, что Кузьмин уже слишком на взводе и, наверное, готов отнести ее обратно в дом, она слегка оттолкнула его. Девушка поспешно зашагала к своему дому.

Немного посидев на бревне под своим окном, Ангелина, чуть протрезвев, зашла домой.

– Вы все так же, как в старые времена, ждете меня домой?

Старушка улыбнулась.

– Я скучаю по тебе, – старушка расплакалась.

Ангелина присела к ней на кровать, обняла Екатерину.

– Я, – продолжила она, – я должна тебе сказать.

Чуть успокоившись, Екатерина сказала:

– Есть вина перед тобой, Ангелочек, я прошу тебя об одном.

– О чем?

– Мне немного осталось, я умираю, но так не хочется.

– Мне непонятны ваши слова, я вас никогда не понимала.

– Я знаю. Между мной и тобой были недомолвки, ты мне не верила, может, не веришь до сих пор. Но я исполнила обещание, что дала тебе тогда, в тот вечер.

– Вы обещали не заниматься колдовством, но я видела вас на чердаке, вы зажигали свечи и шептали.

– Милая моя, о чем я шептала?

– Мне было не слышно.

– Я молилась! Это были церковные свечи! Я замаливала грехи, я молила о прощении. Когда я почувствовала, что я очистилась от этой грязи, я посмела ступить в церковь, я прошла обряд очищения.

– Что же получается, вы не искупили свой грех, раз вам ваш бог так и не дал детей?

Екатерина вздрогнула.

– Он дал мне великое счастье, дал дочь, тебя! Ведь ты назвала меня мамой.