Бунтарь

– Поменьше движений, ведь вы подключены к эмографу, – сделала замечание Малинковская, добавив: – Не тяните с ответом, отвечайте!

Глубоко вздохнув и откинувшись назад на кресло, он тихо протянул:

– Так ведь я невинен.

Надсмотрщица сдвинула брови, так что у нее на переносице образовалась мелкая одинокая морщинка, у нее задрожали руки.

– Отвечайте искренне! – еле сдерживая гнев, буркнула Малинковская.

Слуцкий раскинул руки на подлокотники, еще больше развалившись на кресле, внимательно стал наблюдать за выражением лица Малинковской.

– Леонид Викторович, – спокойно начала она, – я прекрасно знаю, что вы не девственник, отвечайте на вопросы серьезно, я не хочу тратить на вас много времени. Вам самому не тошнит от этого разговора?

Слуцкий молчал, насмешливо пялясь на надсмотрщицу.

– Да-а что же это такое? Не молчите, отвечайте! – раскрасневшись, начала кричать Малинковская. – Мы ведь прекрасно знаем, что вы ведете распутный образ жизни!

Он закачал головой. Его придурковатый взгляд сменился серьезным.

– Если вы все знаете, зачем спрашиваете? – спросил он с раздражением в голосе.

Малинковская словно взбодрилась. Ее глаза заблестели.

– Слуцкий, я ни с кем не трачу столько времени, сколько с вами. Вы не особенный! А я такой же гражданин Республики, как и вы! Не смейте надо мной издеваться! Не затягивайте нашу беседу!

На несколько секунд Малинковская замолчала. Нервно перебирая пальцами воротник своей синей формы, которую носят надсмотрщики, она уже дрожащим и неуверенным голосом продолжила:

– Мне на вас все равно, я лишь выполняю свою работу! Я задаю эти гл… глуп… эти вопросы, которые не меня интересуют, а людей, занимающихся вашей личностью…

Малинковская что-то еще хотела сказать, но вдруг резко прервалась.

– Когда у вас был последний раз секс? – сдержанно спросила она, не глядя на Лео.

Тот издевательски продолжал забавляться:

– Сегодня утром я рукоблудствовал, когда представил, как буду общаться с вами, госпожа Малинковская.

Надсмотрщица, глубоко вздохнув, сжала кулаки и нахмурила брови. Слуцкому на миг показалось, что Малинковская сейчас набросится на него и растерзает. Ее глаза покраснели еще больше, кулаки сжались настолько, что было больно смотреть, ведь ее длинные ногти наверняка врезались ей в кожу.