Бунтарь

– Я подумаю по поводу любви с тем, кто будет любить меня. Может быть, я встречу свою любовь в Академии?!

– В Академии? Да ты там будешь старой девой. Все подумают, что ты никому не нужна была, раз уж до сих пор не отдала себя в руки…

– Перестань, – прервала Роза, – меня оценят. Поверь, найдется кто-нибудь, кто оценит мою невинность и целомудренность.

– Ага, надейся. Нужно давать пока берут!.. Роза, тем более как ты можешь отказывать мне?

– Ты озабоченный! И не суперкрасавец, чтобы я так бездумно согласилась на твое пошлое предложение! Даже, если я решу сегодня заняться любовью, то это будешь не ты! – — разозлилась Роза, сморщив свой аккуратненький нос.

– А как же боги? – усмехнулся Слуцкий. – Тебе ведь познать любовь можно только после их разрешения?

– О чем мы вообще здесь говорим? – окончательно разозлилась Роза и попыталась отодвинуться от наглеца.

Но парень держал ее крепко. Роза, глядя в глаза Слуцкому, глубоко задышала, захлопав быстро ресницами. Тот же в упор уставился в задвигавшуюся от тяжелого дыхания грудь Розы, и заводил своей рукой по спине жертвы.

Девушка попыталась вырваться из объятий искусителя, но неудачно, так как он крепко держал ее за руку и притянул к себе еще ближе. Роза снова дернулась, но тот лишь усмехнулся и резко наклонившись, поцеловал в соблазнительные формы Розы. Та как могла, оттолкнула его от себя, и грозно взглянув, слегка хлопнула его по щеке. Роза, подхватив свое пышное бирюзовое платье, чтобы то не подмело пол, побежала к остальным выпускникам, которые уже готовились к выходу на белую дорожку.

– Не знал, что она такая стройная, – с каким-то восторгом в глазах подметил Ник, подходя к другу, – жаль, что она в черном списке.

– Ты видел? – повернувшись, спросил Слуцкий и расплылся в улыбке.

– Да-а, видел! Ты ей там все шептал что-то, ласкал. Думаешь, она сдалась?

– Пока что нет, но по ее судорожному дыханию, я чувствую, что зеленоглазкой можно будет позабавиться. Хотя, тьфу, о чем это я?! Это ж Роза, она не девушка, – с брезгливостью высказался Слуцкий.

Роза ему никогда не нравилась, больше того она была изгоем общества. Над ней часто смеялись, смеялись из-за ее скромного поведения и навязчивых религиозных идей, мало кто понимал, почему она такая. Слуцкий однажды пообещал друзьям, что сломает недотрогу, лишит ее девичьей чести.

– Знаешь, друг, вот я не пойму одного… как родители несчастных девушек до сих пор не наказали тебя за твое распутство? Ведь всех девчонок испортил!..