Убийца рядом со мной. Мой друг – серийный маньяк Тед Банди

Семья могла ею гордиться.

Если Линда Хили была осторожна, а Донна Мэнсон опасность игнорировала, Сьюзен Ранкорт откровенно боялась темноты и не хотела выходить вечером одна. Без соседки по комнате она после захода солнца не выходила никогда.

Никогда до того вечера 17 апреля. Неделя у нее выдалась тяжелой. Шли экзамены середины семестра, а еще она узнала о возможности стать администратором общежития. Получи Сьюзен эту работу, она смогла бы покрыть значительную часть расходов, а еще – больше встречаться с другими студентками и вырваться из добровольного заточения в раковине робости.

При росте всего в 157 сантиметров и весе 54 килограмма Сьюзен была крепкой. Она бегала по утрам и занималась карате. И по глупости думала, что ей не составит труда защититься в переполненном кампусе, даже если кто-то начнет к ней приставать.

В тот вечер в восемь часов вечера она отнесла одежду в прачечную одного из общежитий, а потом пошла на собрание администраторов. Собрание закончилось в девять часов, она договорилась встретиться с подругой и посмотреть немецкий фильм, а к десяти часам вернуться в прачечную положить белье в сушилку.

Однако после собрания Сьюзен никто не видел. Подруга ждала и ждала и в конце концов пошла на фильм одна, оборачиваясь и поглядывая в сторону входа в надежде увидеть знакомый силуэт.

Одежда Сьюзен лежала в стиральной машине, пока та не понадобилась другому студенту. Он наспех достал вещи и оставил на столе, где днем позже их и нашли.

О невозвращении Сьюзен в общежитие сообщили сразу.

Полиция кампуса установила, в чем она была одета, когда ее видели в последний раз: серые вельветовые брюки, желтый свитер с коротким рукавом, желтое пальто и замшевые ботинки. Попыталась восстановить ее маршрут от места проведения собрания до находившегося в четверти мили общежития.

Самая короткая и общепринятая дорога шла через аллею мимо строительной площадки, дальше по пешеходному мосту через пруд и под железнодорожной эстакадой у студенческой парковки.

– Если кто-то за ней наблюдал, шел за ней, а потом похитил, – прокомментировал один из полицейских, – то только тут, под эстакадой, на шестиметровом темном участке.

В таком случае остались бы следы.