Когда мы падаем

Я могу тебе как-нибудь помочь?

Что ответить? Понятия не имею… Я отчаянно нуждаюсь в человеке, который бы меня поддержал и был бы в зоне доступа. На протяжении последних недель я с большим трудом собирала себя по кусочкам, но сейчас чувствовала, что снова расклеиваюсь.

Рассказ затянулся на несколько минут. Я выплескивала все скопившееся за последние дни напряжение, а Эрин терпеливо и внимательно слушала – о том, что я хотела бы разобраться с ситуацией, но она мне не по плечу, о том, что я скучаю по Чжэ Ёну.

О том, что боюсь журналистов.

– Мэл в курсе происходящего? – поинтересовалась Эрин.

– Журналисты со вчерашнего дня караулят меня под дверью. Мэл столкнулась с ними по дороге домой. И я только что увидела, что в интернете ситуация не лучше. Они даже нашли мой аккаунт в «Инстаграме».

– Элла… Не читай комменты. Что бы люди ни писали, они тебя не знают. Слышишь?

Я не стала говорить, что с этим советом она уже опоздала.

И о том, что они до сих пор не выходят у меня из головы.

– Элла, – уже громче и настойчивее обратилась ко мне Эрин.

 – Закрой доступ к своим аккаунтам. Я тебя знаю – будешь читать все подряд, пока окончательно не раскиснешь.

– Да, – тихо ответила я. Эрин права. Конечно же, она права. Я ничего не смогу делать, буду каждую минуту проверять телефон. Именно желание все контролировать, мысль о том, что «я должна знать, что обо мне говорят, чтобы стать лучше», так часто лишала меня сна. Но я никогда не смогу угодить всем и каждому – реакция на наше с Чжэ Ёном фото это доказала.

Наверное, будет лучше, если я вообще удалю свои аккаунты. Тогда у меня не возникнет соблазн снова и снова перечитывать комментарии.

Я провела рукой по лицу и глубоко вдохнула.

– Ты сказала, что Мэл все знает. Вы снова разговариваете?

Я безрадостно рассмеялась:

– Нет. В свободное от работы время мы едва перебрасываемся парой слов. А Лив… Лив все еще злится на меня.

– Понимаю, тебе очень плохо, но пойми: вы с Лив обязательно помиритесь. Да, сейчас она злится, но быстро отойдет.

Помнишь, как я пролила апельсиновый сок на столик и испортила несколько автографов из ее коллекции? Лив была готова меня убить, но потом я купила ей огромное мороженое, и мы снова стали друзьями.

Я тихо рассмеялась, вспомнив тот случай. Как же Лив разозлилась! Ее крики переполошили бы весь дом, если бы не появилась Мэл и не спросила, что происходит. Но тогда речь шла только об автографах. Не о реальных людях с реальными чувствами.