Когда мы падаем

Я кликнула на другой пост и тяжело сглотнула, увидев количество лайков и ретвитов. Бегло проглядела комменты, потом открыла «Инстаграм» и увидела море публикаций с одной и той же фотографией. Фотографией, на которой Чжэ Ён обнимает меня. Его ни с кем не спутать – выдают розовые волосы.

И везде стоит моя отметка! Я думала, что меня никто не узнает. Никто, кроме Мэл и Лив, потому что они – мои сестры, они видят меня каждый день, они узнают несмотря на то, что меня фотографировали со спины. Но все эти люди… откуда они узнали: кто я? Как нашли мои аккаунты в соцсетях? Должно быть, кто-то провел настоящее расследование, пытаясь выяснить личность девушки на фотографии… Стоило подумать об этом, как по спине пробежал холодок.

А потом еще раз – когда я вспомнила, как на меня глазели в библиотеке.

Это… это же просто совпадение, правда? Они не могли знать, что я буду в библиотеке. Но, как бы мне ни хотелось в это поверить, инстинкты кричали: нет, никаким совпадением и не пахнет.

Я убрала телефон в сторону.

Руки подрагивали. Я зарылась пальцами в волосы, пытаясь выровнять дыхание. Совладать с собой.

Я встала с кровати, потом снова села. Встала еще раз, надеясь, что это поможет мне понять, что делать дальше. Но ничего. В голове – звенящая пустота. Я не могла сосредоточиться ни на одной мысли и чувствовала себя так, словно стою под потоком ледяной воды. Пальцы зудели от желания прочитать остальные сообщения. Почему сейчас? Почему именно сейчас во мне узнали девушку на фото? Кто вообще стал заморачиваться через месяц после случившегося? Как будто одного существования этого снимка оказалось недостаточно, чтобы разрушить все то, о чем я даже не смела мечтать!

Крепко сжимая в руке телефон, я мерила шагами комнату до тех пор, пока солнечные лучи не перестали проникать сквозь окно, и уже собралась было сесть, когда открылась входная дверь.

Послышались тихие голоса. Больше всего на свете мне хотелось выбежать к сестрам, но ноги словно приросли к полу. Я попыталась уговорить себя пошевелиться…

Раздался стук в дверь.

Дождавшись моего тихого «да», в комнату вошла Мэл. У нее на лице застыло напряженное выражение. Мэл посмотрела в сторону окна, затем перевела взгляд на меня, и ее первыми сказанными мне словами были:

– Возле дома собрались журналисты.

У меня перехватило дыхание, и я скрестила руки на груди.

– Что? Журналисты?!

Кивнув, Мэл провела ладонью по лицу:

– Не могла бы ты выйти? Думаю, нам нужно поговорить.