Вестники Темной Луны

– Я вернусь?

– Я боюсь, что нет, – Лукерья замолчала, подавляя пульсирующую боль от рвущейся на части души, руки, касающиеся дочери, дрогнули, – ты стала сосудом, заполненным лунным светом, судьба уготовила для тебя этот путь, и ты должна жить рядом с такими же, как ты.

– С Посланниками Луны? – девушка подняла на маму полные слез глаза, и заплакала вновь, – я не могу вот так покинуть тебя, наш дом…

– Глаз поедет с тобой, ты хочешь? – женщина вытерла пальцами влажные глаза, – кусочек нашей семьи всегда будет рядом.

Ева шумно втянула в себя воздух, прежде чем ответить, но снова расплакалась.

– Ты же тогда останешься совсем одна.

– Ты всегда будешь моей дочерью, милая, я никогда не буду одна, зная, что у меня есть ты.

Боль от непонимания, страха и паники, прожигающая насквозь несколько часов подряд, постепенно угасала. Ева уснула в объятиях матери, лежа у нее на коленях, так крепко, что не помнила под утро всех беспокойных снов, пришедших к ней из-за пережитых волнений.

Рассвет встречал Еву теплым желтоватым свечением, льющимся с горизонта и постепенно накрывающим весь мир. Солнце медленно и неторопливо продвигалось все дальше по безоблачному небу, не беспокоя девушку, пока его лучи не коснулись дивана, на котором Ева провела остаток ночи. Она недовольно поморщилась и хотела уже перевернуться на другой бок, чтобы проспать еще несколько часов, но почувствовала мягкое прикосновение маминой руки.

– Просыпайся, милая, – Лукерья погладила дочь по плечу и отошла к плите, поставив на нее чайник.

Ева перевернулась на спину и взглянула на потолок широко раскрытыми глазами, сонливость исчезла, стоило вспомнить все события прошедшей ночи.

– Я собрала твои вещи, – очень тихо добавила женщина, – взяла несколько теплых свитеров, джинсы, кофты, платье, все, что ты носишь в последнее…

– Мам, – Ева перебила ее и села, – спасибо тебе за то, что была вчера со мной.

– Я люблю тебя, – она подошла к дочери и опустилась рядом.

– И я тебя.

***

– Глаз, иди ко мне, – девушка подняла на руки пушистого серого кота и аккуратно посадила его в переноску, попутно нежно целуя в мягкую шерстку, – тебе придется немного посидеть здесь.

– Такси подъехало, – Лукерья выкатила чемодан в коридор и тут же обняла дочь, крепко и явно не желая отпускать.

– Я буду очень по тебе скучать, – Ева прижалась к маме, едва сдерживая слезы.

– Легкой тебе дороги, и напиши мне, когда приедешь.