Райская птица

А потом он и мама устроились к одной пожилой леди из Ислингтона. Они занимались ее садом и… домашним хозяйством, а она разрешила им жить у нее в подвальном помещении.

– Правда? – Доминик нахмурился. А что же случилось с огромной суммой денег, которую им дал его отец? Судя по всему, Клео получила достойное образование. Но это его уже не касается. Он посмотрел на Клео и продолжил: – Но ты ведь не жила с ними?

– Это так важно? – с вызовом бросила Клео. – Зачем вы спрашиваете? Я думала, вы и так все знаете.

– Почти ничего, – с сожалением ответил Доминик.

 – Что ж, оставим это на потом…

– На потом?

– Да, на потом. – В его тоне послышались металлические нотки. – Я ведь должен объяснить, как ты попала к Новакам, не так ли?

– Если вы считаете это необходимым, – безразлично ответила Клео.

– Да, считаю, – еще более резко произнес Доминик. – Что бы ты там себе ни придумывала, ты дочь Роберта Монтои, и я могу это доказать.

– Каким образом? – подозрительно спросила Клео.

Что ж, подозрительность лучше, чем безразличие.

Она вопросительно смотрела на него, и Доминик, впервые за все время, заметил в ней черты своего отца. Он достал из внутреннего кармана свернутый лист старой пергаментной бумаги и протянул его Клео.

Влажными от пота руками она развернула лист и увидела свидетельство о рождении. В графе «имя отца» значилось – Роберт Монтоя.

Клео, не взглянув даже на имя матери или ребенка, швырнула листок обратно:

– Это не мое. – Ее голос дрожал. – Мое свидетельство о рождении находится вместе с документами, которые оставили родители.

– Твое второе свидетельство, – бесстрастно поправил ее Доминик. – Отец подкупил чиновников в Сан-Клементе, чтобы они выдали другой документ на имя Новаков.

– Вы лжете!

– Нет, – холодно ответил Доминик. – В отличие от твоего отца.

– Откуда мне знать, что это не подделка? – запротестовала Клео. – Может, и вы были обмануты.

Доминик не стал с ней спорить.

Впервые за все время Клео забеспокоилась о последствиях.

А вдруг ей говорят правду? Если так, выходит, что Новаки обманывали ее. Ей стало дурно.

– Есть такая штука, как ДНК, – тихо произнес Доминик.

– Я даже не знаю, что ответить, – едва слышно выдохнула она.

Он сочувственно посмотрел на нее:

– Почему бы тебе еще разок не взглянуть на свидетельство? Селеста настояла, чтобы тебя зарегистрировали.

Клео с неохотой вновь взяла лист. Там стояло имя Роберта Монтои. И ее собственное: Клеопатра.