Шагая по осколкам битых чувств

Серые трусы боксёры сильно натянуты.

– Подождал бы, когда я уйду, – подошла к двери и вышла, мгновенно закрывая дверь с другой стороны.

– Что ты там не видела, – рассмеялся он.

Я легла в кровать в комнате родителей, никак не веря, что Макс будет спать в моей. А ещё самое странное, что я лежала на нём сверху и отскочила не сразу, как упала на него.

А если бы я нагнулась ниже, наши губы могли бы коснуться друг друга… и что тогда?

Ничего, мы никогда не будем целоваться. Я люблю другого человека, а с Максимом мы враги, не более.

Всё, что он сейчас делал, было мне назло.

Максим – мой враг.

Глава 11

Позор

Я спала просто ужасно!

Просыпалась, вспоминала об однокласснике за стенкой. Слышала его похрапывание, невнятное бурчание и как он переворачивался с бока на бок.

Всё это раздражало.

И тревожило.

Утром я вошла в свою комнату не постучавшись. Браун лежал в кровати, как звезда, развалившись на спине. Губы приоткрыты, грудь поднималась и расслабленно опускалась.

Я не должна разглядывать его, но всё же стояла и смотрела, как он спал: Макс лежал почти голым, на нём одни трусы с натянутой тканью так же сильно, как вчера, когда я лежала на нём. Одеяло запутано в ногах. Растрёпанные волосы беспорядочно разложились на подушке. Выражение лица невозмутимое, блаженное, словно и не Макс это, а какой-то психически нормальный чувак.

С обалденно спортивным телом.

У Миши даже во сне лицо оставалось озабоченным, будто вот-вот в комнату вбежит комиссия института, куда он хотел поступить, и начнёт задавать ему вопросы.

– Вставай, – заорала я, не приближаясь к кровати для безопасности.

Максим резко открыл глаза и моментально вскочил, почти падая из-за одеяла, обвившего его ноги.

– Ты вообще полоумная? – разозлившись, он подбежал ко мне и толкнул в грудь двумя руками. Приличное расстояние между нами не помогло, и я отшатнулась после его толчка.

– Мне скоро выходить, а тебя я тут не оставлю, – я потёрла место, в которое он ударил.

– Нормально не разбудить? – недовольно буркнул и подошёл к своим джинсам. – Долго пялиться будешь? – посмотрел на меня, потом на дверь.

Утром он ещё вреднее.

Пока Максим собирался – я умылась и сделала себе чай с бутербродами.

Макса я оставила без завтрака.

Браун тоже умылся и без прощания покинул квартиру. Я почувствовала неестественное одиночество, но немедля выбросила это ощущение, и так уже чувствовала запрещённое и извращённое к Брауну младшему.