Переселение

– Зато теперь, конечно, понятия не имеешь, где мы оказались?

Она помотала головой.

– Отлично. Идем дальше.

Наташе показалось, что он едва слышно добавил «дура». И сейчас она была близка к тому, чтобы согласиться с ним.

– Смотри по сторонам, – сказал майор, – Вдруг увидишь еще какие-то указатели.

Но они шли час, другой, третий – на их пути не попалось ни одного знака. Девушка с тревогой думала о том, что ей уже хочется пить, и что, даже если они найдут воду, им все равно нечего есть.

Пару раз они снова слышали звуки, похожие на те, что доносились раньше.

– Постой, – бросила она Чернакову, надеясь, что тот сбавит шаг, обернется.

– Ну чего еще?

– Мне… нужно.

– Делай, раз нужно.

– Прямо здесь? – огляделась по сторонам.

– Выбор у тебя небольшой. Ладно, я пойду вперед, догонишь. Оглядываться не стану, не переживай.

Он уверенно зашагал дальше. Наташа еще мгновение сомневалась, потом стянула трусы, присела, подобрав подол. «Черт побери, даже жалко терять жидкость, когда так хочется пить! Но я еще не дошла до такого состояния, чтобы…”. Стук армейских ботинок прервал ее мысли. Наташа едва успела оправиться, натянула белье, выпрямилась.

– Ты же обещал идти вперед, не оглядываться!

Даже при плохом освещении было видно, что лицо появившегося майора было бледным. В руке он держал вынутый из кобуры пистолет.

– Что случилось? – спросила она, чувствуя, как ей передается его испуг.

– Там что-то лежит. Кхм… Скорее, даже кто-то.

– Живой?

– Не думаю. Впрочем… Не знаю.

Они смотрели друг на друга, пока Наташа не зашипела на майора, не выдержав испытания неизвестностью:

– Так иди… – добавила крепкое словцо, – Посмотри внимательно! Кто из нас мужик?

Вадим перещелкивал предохранитель пистолета из одного положения в другое, все еще не решаясь сдвинуться с места.

– Идем вместе! – подтолкнула его в спину, – И если оно уже уползло, я сама тебя убью…

Темное пятно на полу проявилось через дюжину шагов. Чем ближе они к нему подходили, тем объемнее оно становилось, превращаясь в вытянувшуюся, явно гуманоидную фигуру.

– Это человек? – Наташа прикрыла лицо рукой, опасаясь волны омерзительного запаха. Но тело пролежало здесь слишком долго, чтобы иссохший организм продолжал источать неприятные ароматы.

– Нет.