Запах ночного неба

Они заставили его пытать самого себя, отрезать от себя куски, и много что еще делать с ними. Он убивал женщин, и детей тоже. Когда Велиан пришел в себя, я не знаю, мне кажется, он должен был помутиться разумом. Наш Велиан, добрый и светлый мальчишка, не сможет жить со всей этой кровью на своих руках. Я не уберег его, хотя и пошел с ним в качестве защитника. Все внутри меня хотело надеть уже этот проклятый ошейник и забыться. Я понимал, что на кону весь Приют, и только это меня остановило. Когда я остался, то даже хотел чувствовать всю эту боль.

– Роберт, – сочувственно прошептал Ингард, борясь с подступающими к горлу слезами. – Страшно представить, что было бы, если бы один из директоров Приюта оказался пар- Оольской марионеткой. Всю Империю в тот же день можно было и похоронить. Ты не дал этому случиться. Все мы понимаем это, и Син, и даже Келлфер, хоть у него сердце и из камня. Спасибо тебе.

Ингард вглядывался в лицо друга. Ему казалось, что из- Под руки польются слезы, но Роберт был недвижим, и никакой влаги на его лице не было.

– Они не считают нас за людей, судя по тому, что делали, – сказал он мрачно. – Это не просто пытки. Так дети забавляются, вставляя соломинки в брюхо жучкам и оставляя головастиков на солнце. И что ужасно, это дает им над нами большое преимущество. Тот же Син, который вполне мог бы сравнять столицу Пар- Оола, Караанду, с землей, не станет этого делать. Но если у них есть свой Син, и ему представится возможность, от Фортца и всех его жителей останется пепелище.

– Это стоит сказать Сину, я думаю.

Роберт не ответил, погруженный в мысли:

– А когда я думаю, что буду тем человеком, к которому станут приходить безутешные родители с портретами своих детей, чтобы я сказал им, не было ли среди… – Он перевел дыхание. – Мне вообще не хочется выходить отсюда.

– Пока нет смысла никому рассказывать, – тихо ответил Ингард. – Это ведь ничего не меняет. Твое состояние заботит меня сильнее.

– Нет, – сказал Роберт твердо. – Нет. Я не позволю себе такой слабости. В конце концов, что мне ныть? Я отлично отделался. Руки Теа мне вырастит самое большее за неделю. Я жив и цел. И Велиан тоже. Хотя, думаю, он ненавидит меня.

– Велиан светлый, но он не дурак, – позволил себе улыбнуться Ингард. – Келлфер рассказал, что Келлан немного привел его разум в порядок. И как только Велиан придет в себя, он, как и все остальные, поблагодарит тебя.