Запах ночного неба

Даору хотелось оправдаться перед ней. Смерть никогда его не пугала, кровь – тем более. Каждая женщина, ради которой он убивал кого- То, считала это комплиментом даже в том случае, если это не было связано с его отношением к ней.

Каждая, но не Алана.

– Прости, – неожиданно для самого себя извинился Даор. Кровь десятью тонкими струйками отделилась от ее лица, волос и одежды, от его рук и единым шаром упала за столбом, у которого сидела его девочка. Алана, кажется, не заметила перемены, только подняла на него свои остекленевшие ужасом глаза.

– Я ничего не сделала, честно, – проговорила она. – Я никак их не провоцировала. Я просто была здесь. И Ноам.

– Ты ни в чем и не виновата, – ласково сказал Даор, продолжая гладить ее по снова пушистым волосам. Страх за жизнь Аланы постепенно отступал, и с каждым вздохом, срывавшимся с ее губ, внутри разжималась какая- То ужасающе сильная пружина. Внезапная мысль пришла ему в голову: больше никогда она не окажется в опасности, не имея возможности его позвать, больше не будет ходить по краю.

Даор поднял с травы железную пуговицу, оторвавшуюся, скорее всего, от ее же платья. Тоненький, почти незаметный ручеек металла потек по его пальцам и дальше, по ее волосам, к самой макушке. Алана не замечала его манипуляций и только удивленно моргнула, когда он обратился к ней:

– Ты знаешь, как меня зовут?

– Да, – ответила она машинально. – Знаю.

– Как? – с улыбкой спросил он, не отпуская ее плеч.

Алана смотрела на него непонимающе.

– Я правда знаю, – растерянно повторила она.

Девочка была в шоке, и сейчас Даор готов был отвести ее даже к Келлану, лишь бы ей стало легче.

– Назови мое имя, – попросил он ее.

– Черный герцог. Д- Даор, – запнувшись, сказала она.

– Еще раз, – прошептал он ей в макушку, запоминая тембр ее голоса и настраивая амулет.

– Даор Карион, – послушно сказала она еще раз.

– Хорошо. – Даор заглянул ей в глаза и объяснил: – Теперь, когда ты позовешь меня, я услышу.

– Зачем?

Герцог прижал ее к себе сильнее. Зачем. Этот вопрос сейчас казался лишним.

– Чтобы ты не погибла и не покалечилась. Чтобы ты знала, что я рядом.

Алана сделала попытку отстраниться, и хотя Даору не хотелось отпускать ее, он разжал объятия.

– Спасибо, наверно, – сказала она смущенно. Неужели снова пытается просто быть вежливой? Значит, приходит в себя.