Запах ночного неба

Юория возмущенно обернулась к мужчине в сером, только что прошептавшем заговор. – Представьтесь.

– Меня зовут Ренард, – обманчиво вежливо улыбнулся ей мужчина. – Это – Ннамди Адегоук, он решит твою судьбу. Тебе не позволено приближаться к нему без его позволения.

Дядя был тут ни при чем, поняла Юория окончательно. Что- То внутри будто рухнуло в пропасть.

– Ренард? – переспросила Юория, облизывая пересохшие губы и вспоминая, где слышала это имя. – Брат герцога Лисар из Серых земель?

Ренард кивнул.

– Прислуживаешь пар- Оольцам? – небрежно спросила она у Ренарда, возвращаясь на койку и садясь на ее край так, как могла бы сесть на трон.

Шепот разрезал воздух кнутом, и Юория повалилась на пол, схватившись за рассеченную губу.

– Мудрец Ннамди Адегоук понимает наш язык, хоть пока и не считает нужным говорить с тобой, – сказал ей Ренард, подходя. – Следи за своими словами, если не хочешь закончить в металлическом котле.

– Прошу прощения, – проговорила Юория, держась за скользкую от крови губу. На глазах выступили слезы: ее прекрасное лицо! – Я поняла.

– Пояс не даст тебе отойти от хранителя жетона более, чем на сорок шагов, – сказал ей Ренард. – Не пытайся убежать. Он просто рассечет тебя, как хорошее лезвие. Сейчас твой жетон у охранника.

Юория сидела на полу, завесив лицо волосами. По щекам ее текли предательские слезы.

– Вы хотите продать меня в рабство?

– Как решит мудрец, – невозмутимо ответил Ренард, не подавая ей руки.

– У меня очень много денег, – выдавила она из себя. – И вы же знаете, кто мой дядя. Он сотрет вас в порошок, когда узнает, что вы делаете со мной. Вы будете валяться у него в ногах и просить пощады!

– Резвая, – бас пар- Оольского мудреца оказался похож на рычание льва. Юория метнула на него ненавидящий взгляд: он трясся от смеха, и его отвратительные гладкие щеки дрожали.

– Встань как положено, – приказал Ренард.

Юория не посмела ослушаться и поднялась, украдкой стирая уже остывшие слезы. Она все- Таки была черной леди. Мысли метнулись к холодному дядиному приказу убираться, и воспоминания отозвались горечью.

Дядя говорил, что, оказавшись на чужом поле, первым делом нужно узнать правила игры.

– На каких условиях вы отпустите меня?

Ренард обернулся к Ннамди, ожидая его ответа.

– Что она сказала – правда? – спросил мудрец.