Сделка

–Может, я дам какую-нибудь другую клятву, раз эта так опасна для нас обоих? – подала голос девушка.

«Умница! Предложи ему обмен, что угодно!»

–Я подумаю об этом, – медленно проговорил Дарис. – Но пока не вижу в этом смысла. Не бойся сказанного отцом: ты со мной в безопасности.

–Вот только я продолжаю сидеть в клетке! – отчаянно ответила Илиана. – Ты дал мне свободу потому, что меня заперли как животное, ты сам сказал. Затем ты привязал меня к крюку у воды. Сейчас отказываешь мне в свободе воли. Хочешь сказать, ты за животное меня не держишь?

Келлфер усмехнулся: девушка за словом в карман не лезла.

Как и тогда, когда он сам указал ей, что у нее нет выбора. Он все-таки встретился с ней глазами, и мир сузился до этих пылающих страданием и страхом озер. Илиана искала поддержки и защиты и не понимала, что если бы Келлфер встал сейчас на ее сторону, Дарис однозначно бы отказался даже раздумывать. Беспомощность девушки играла ей на руку.

Промолчать было по-настоящему тяжело. «Я поговорю с ней позже и все объясню, – снова сказал себе Келлфер с нарастающим чувством тревоги.

 – И мы вместе придумаем, как заставить Дариса ее отпустить. У нас должно получиться. Даже с таким упрямцем, как мой сын».

Да, Дарис оставался его сыном. Если бы не это, можно было бы не танцевать вокруг, просчитывая его реакции на давление, а просто убить его – и Илиана стала бы свободна. Она бросилась бы к Келлферу и благодарила его в этой забавной манере жителей Пурпурных земель: пригибаясь к земле, с вытянутыми руками, со слезами на глазах.

Он поднял бы ее и обнял. Осушил бы слезы.

Эти фантазии нужно было прекращать немедленно! Сейчас же!

И тут Келлфера как ледяным дождем окатило. Дикая мысль пришла ему в голову: а если Илиана, как-то пробившись сквозь защитный артефакт Даора, проделала с ним то же, что с его сыном?! Она же в отчаянии и снова могла не заметить. Что если и он, как раньше Дарис, постепенно, сам того не замечая, становится идиотом, мечтающим сползти к ее ногам?! Что если еще несколько дней – и тоже будет пожирать ее глазами, забыв логику и самого себя?!

Разве он когда-нибудь хотел кого-то защитить так, чтобы размышлять, пусть и гипотетически, об убийстве сына?!

Это стоило проверить немедленно.

Наверно, что-то отразилось на его лице, и Илиана отшатнулась, быстро заморгала и отвернулась. Дарис, сощурившись, наблюдал за ней.

–Нет, – наконец сказал он. – Не сейчас. Не бойся, я не буду приказывать тебе.