Слияние двух одиночеств

Она оказалась в углу, а он стоял так, что закрывал ее от всех остальных. Его тепло ее обволакивало. В ноздри Калли ударил знакомый запах – запах мужчины, вызвавший в ней целую бурю воспоминаний.

– Ну, вот мы и встретились, Каллиста, – прошептал он так, чтобы только она услышала, и все же в тоне его она уловила некоторое самодовольство.

Она посмотрела ему в лицо и тут же пожалела об этом. Своим взглядом он давал ей понять, что во всех подробностях помнил произошедшее между ними несколько часов назад.

– Какую роль вы играете сегодня вечером?

Калли вздрогнула от этой неожиданной атаки:

– О чем вы?

Он буднично пожал плечами, но посмотрел на нее так, как ястреб смотрит на мышь-полевку.

– От распутницы до хорошо воспитанной девушки из высшего общества за полдня. – Он поморщился. – Сейчас ты холодна как лед и вся такая правильная, а всего пару часов назад соблазняла совершенно незнакомого тебе человека. Ты всегда так легко приспосабливаешься?

На миг Калли потеряла дар речи.

– Я приспосабливаюсь так же легко, как и вы, мистер Савакис.

Они посмотрели друг другу в глаза. Щеки ее тут же обдало жаром, и она отвела взгляд, ее внимание привлекли его пальцы, которыми он сжимал бокал.

Указательным пальцем он скользнул вверх-вниз по ножке бокала, и во рту у нее пересохло, когда она вспомнила, как он ласкал этим пальцем ее соски. Как она стонала, пока он открывал для себя ее интимные секреты.

Она быстро взяла у него из рук бокал. Молниеносным движением он крепко обхватил ее руку, и она замерла.

– Почему так долго, Каллиста? – спросил ее дядя.

– Иду, дядя, – сказала она и попыталась вырвать руку из мертвой хватки Дэймона Савакиса.

– В чем дело, Каллиста? Вы что, не рады меня видеть?

Голос у него был соблазнительный, таким она его и помнила.

– Вы друг моего дяди. Вам всегда рады в этом доме, – сказала она и изо всех сил сжала губы.

Чего от нее хочет этот человек? Он совсем не похож на мужчину, который подарил ей секс, полный интимности и нежности, дал ей чувство удовлетворенности, которого она никогда прежде не испытывала.

Брови Дэймона изогнулись.

– Не очень убедительное приветствие, glikia mou, – прошептал он. – Я ждал от тебя чуть более теплого приема.