Смертный страж – 3. Воля смертных

– Это наша чайная комната, – охотно пояснила, пристроившись рядом, конопатая девчонка, пахнущая полынной горчинкой, странной мускусной «Шанелью» и слабым раствором известки, как это бывает при застарелом пристрастии некоторых дам к дезодорирующему увлажняющему мылу. – Мы готовим мало, поэтому оставили только плиту, чтобы чайник кипятить, и стол, за которым все собираемся. А вот это, – указала девушка на веранду и большую комнату, – это помещения для медитаций. Вон та комнатка, которая с дверью, она нашей учительницы.

Она там спит, а когда все уходят, убирает туда музыкальный центр. На всякий случай. Ведь ашрам всегда открыт для всех.

– Галина Константиновна – ваша школьная учительница? – не понял Варнак.

– Нет, она учитель духовности! Она добрая и заботливая, она создала наш ашрам, и она нас любит.

– А твоя мама знает, куда ты ходишь?

– Не нужно говорить со мной как с маленькой, а то я могу обидеться, – вскинула нос «конопушка».

 – Мне уже семнадцать лет, и я вполне взрослая, могу жить, где хочу, даже если родители против!

– Вполне тебя понимаю, – подмигнул ей Варнак. – Я сам больше десяти лет провел там, куда маме очень не хотелось меня пускать.

– Ты сидел в тюрьме?! – округлила глаза девчонка.

– Типун тебе на язык! Я служил в армии.

– Ой, прости! – «Конопушка» кинулась Еремею на шею, поцеловала в щеку, крепко прижалась ухом к плечу. – Я не хотела тебя обидеть!

– Да я и не обиделся.

– Тогда меня Юлей зовут, – чуть отступила она и взяла его за руку. – Ты молодец, что пришел. Тут хорошо! Ни с кем в нашем ашраме мне не хотелось бы расставаться ни на минуту!

– Но на ночь-то ведь приходится расходиться?

– Зачем? У нас наверху, под кровлей, большой сеновал. Мы всегда там ночуем. И травы самые душистые туда летом собираем. Полынь, лебеду, крапиву. Она, когда высохнет, не жжется и очень сильно пахнет. Ну и просто еще косим, когда есть где.

Зимой, правда, холодно будет там, придется в комнаты для медитаций перебираться. В них от печки тепло.

– Как же у вас тут хорошо! – громко и искренне ответил Варнак.

Он наконец-то выяснил самое главное: здесь есть место для ночлега. И ради этого спецназовец готов был изобразить любое «кундалини». Тем более что и Вывей успел утоптать себе в густом крапивнике, с наветренной стороны от спрятанного мотоцикла, уютное логово.