Свадьба в замке Кингсмид

Мэри подняла глаза и увидела, что над ней стоит мужчина. Тот самый джентльмен. Тот, который чуть не догнал ее на Беркли-сквер. Та же темная одежда, то же мрачное выражение лица, тот же сердитый голос.

Мэри резко вдохнула, ожидая, что почувствует приступ страха, что случалось с ней каждый раз, когда она сталкивалась с чем-то неизвестным.

Но этого не случилось.

Она уставилась в свой стакан, гадая, не в этом ли причина пристрастия многих женщин к джину. Похоже, именно он придал ей непривычную смелость.

«А может быть, – подумала она, – все дело в том, что ее окружала целая компания приятелей Джо, крепких, подвыпивших, плохо одетых рыцарей».

Так что Мэри на этот раз не задрожала. Не попыталась убежать. Она просто сидела и спокойно смотрела на него.

Его лицо стало еще мрачнее.

– Ты должна объяснить мне, Кора, – прохрипел он, – почему ты сбежала?

Кора? Ах вот оно что! Должно быть, она похожа… на нее.

Поэтому-то он и гнался за ней, поэтому так сердито кричал.

Видимо, он ждал… Кору… и был неприятно удивлен, что она испугалась и убежала.

– Думаю, вы ошиблись и приняли меня за кого-то другого, сэр, – вежливо сказала Мэри. Она видела, что он действительно расстроен, и не хотела огорчать его еще сильнее.

Тем не менее он посмотрел на нее так, словно она дала ему пощечину.

Если он и ошибся в ней, то не сейчас, а семь лет назад!

Она говорила, что так сильно любит его. Что согласна жить с ним где угодно, в любой лачуге.

Но, несмотря на это, в один прекрасный день, когда никто не ожидал, она от него сбежала. Без предупреждения. Без извинения. Без причины. И начала новую жизнь. Здесь, в Лондоне. Меньше чем в полумиле от его дома. Возможно, он бесчисленное число раз проходил мимо нее по улице и не знал…

Неудержимая ярость охватила Мэттисона при мысли о ее вероломстве. Все его существование в последние семь лет было опутано паутиной лжи. Кора обманула его. Робби его оклеветал. Да и сам он лгал себе.

– Все считают тебя умершей, – процедил Мэттисон сквозь зубы.

Ей не удастся сделать из него полного дурака. Какой идиот придумал глупую, слезливую сказку о женской верности? С того самого дня, как она… нет, не умерла. Как она бросила его – вот что она сделала. Бросила его, едва не отправив на виселицу по обвинению в убийстве. С того самого дня это его, а не ее можно было считать умершим. Потому что все для него потеряло смысл.