Заклятие предков

Зато защищенного пространства с избытком хватало и для коней, и для вещей, и самим людям для отдыха.

– Эту черту нечисти не в силах переступить, пока ее не разорвет кто-то из обычных людей, – пояснил он, возвращаясь к костру.

– Дело доброе, – кивнул волхв. Он дотянулся до посоха, со старческим кряхтением поднялся, нашептал что-то на свою полированную палку, после чего прошелся вдоль черной линии и провел по снегу еще одну черту. – А это – дабы нас никто, окромя людей живых да зверей лесных, увидеть не смог.

– Дотронуться можно? – и, не дожидаясь ответа, Олег прикоснулся к посоху кончиками пальцев левой руки. Запястье мгновенно обожгло непереносимым жаром, и ведун отдернул ладонь, потер заболевшее место: – Вот, значит, как, волхв. Я думал, сила в тебе. А она вся – в посохе.

– Сила в милости Сварога, коему я во младенчестве жертвой принесен был, – нахмурился старик. – А каким благословением он милость свою проявит: глазом вещим, рукой исцеляющей али посохом могучим – то неважно.

Середин с готовностью придвинулся к уже снятому с огня котелку, запустил в него ложку.

– Сказываешь, ведун, у тебя покровителя небесного али родового нет? – спустя несколько минут спросил Сварослав. Похоже, слова Олега затронули-таки его душу. – Как ты в таком разе с нежитью биться решаешься?

– Голова и рука верная – вот мои покровители, – ответил Середин и отправил в рот очередную ложку, полную рыбной гущи.

– А родом у тебя кто? – с подозрением поинтересовался волхв.

– Извини, – пожал плечами Олег. – Нема у меня роду-племени. Не повезло.

– Нет, ведун, ты не блази, – покачал пальцем старик. – Не бывает такого, когда у человека предков нет. Коли не знамы они тебе, так и молви. А род есть всегда.

– Ну, как тебе объяснить? – Поднял на него глаза Олег. – В общем, всякое случается в этой жизни. А откуда я взялся – дело темное, объяснить не берусь. Расскажи лучше, откуда твари взялись, что за тобой гонятся?

И Середин, решив не пускаться в рассказы о сотворенном в далеком двадцать первом веке заклинании, о собственных путешествиях во времени и мирах, вновь отправил в рот ложку ароматной ухи.

– Беды сии странны зело и непонятны… – Волхв, так и не поев, отложил свою ложку в сторону, пригладил длинную седую бороду. – Зело странны…

– Так что случилось-то?

– Многое, ведун, – тяжело вздохнул Сварослав.