Первая

– Я не влюблен в нее! – Я приходил в ярость от одной мысли об этом. – Я лишь хочу доказать ей, что она ошиблась, назвав меня вафлей.

– Отстань от него, Скотт, – вступился за меня Лоуренс. – Ты сам не знаешь, каково быть влюбленным, так что не можешь делать выводы о чувствах Лиама.

Учеба в школе оказалась намного проще, чем дома. Информация усваивалась быстрее, домашнее задание я делал за час-полтора, и потому свободного времени было достаточно. Вечер был дождливым, но я все равно решил прогуляться до книжного магазина и взять что-нибудь из Кафки.

Погода была, что называется, неприятная. Дождя почти не было, только мелкая морось, но слишком частая, чтобы сложить зонт. Я никогда не любил ходить под зонтом, потому что чувствовал себя под огромным куполом, из которого нет выхода. Я вспоминал аппарат в клинике, в который меня помещали почти каждый визит, когда я был болен. Прошло больше года, как моим легким ничего не угрожало, но я до сих пор боялся проснуться ночью от сдавливающей боли в груди.

Книжный был почти пуст, лишь кассир и несколько человек, бродивших среди прилавков. Среди них я заметил Эби и поначалу даже не узнал ее. Ее волосы были заплетены в высокий хвост – кажется, девушки называют его конским – а я прежде видел ее лишь с распущенными волосами. Она стояла возле полки с Кингом и задумчиво бродила глазами по книгам. Я, не раздумывая, направился в ее сторону. На самом деле, мне было интересно, узнает ли она меня на этот раз.

– Привет, Эбигейл, – негромко сказал я, и, на удивление, она не стала делать вид, что не услышала.

– Вафля, снова ты. Привет. – Она говорила так же негромко и немного печально.

– Не можешь выбрать?

– Я пришла, чтобы взять «Кэрри», но эти цветные обложки сбили меня с толку, и теперь я уже не уверена, что хочу взять именно ее.

– Я могу помочь тебе с выбором, если позволишь.

– А ты читал Кинга?

– Достаточно, чтобы посоветовать тебе что-то интересное.

– Я очень люблю читать, но у меня обычно нет времени.

– Знаешь, умирать – это не такое уж везение.

– О чем ты? – Эби впервые за все время нашего знакомства заглянула мне прямо в глаза, и я смог разглядеть ее. Эти светло-голубые блестящие глаза запомнились мне на всю жизнь.

– Ты разве не знаешь? Я шесть лет провел на домашнем обучении.

– Правда? – На этот раз я не слышал в ее голосе надменности и издевки.