Наследница Теней

Тишьян медленно вошла в кабинет. От нее исходили волны гнева, подобные ледяным порывам зимнего ветра. Гарпия замерла у порога, глядя на Повелителя, бесстрашная в своей ярости, Королева Деа аль Мон, Черная Вдова. Тетива вновь натянулась, и стрела была готова сорваться в полет – прямо в сердце Повелителя.

Его терпение, и без того истончившееся за последние тяжелые месяцы, лопнуло.

– Опусти эту штуку, прежде чем я сделаю что-нибудь, о чем впоследствии мы оба пожалеем.

Но Тишьян даже не дрогнула.

– Разве ты не успел совершить то, в чем теперь раскаиваешься, Повелитель? Или ты настолько переполнен гноем ревности, что сожалению попросту не хватает места?

По стенам Зала прокатился гулкий рокот.

– Тишьян, – с опасной мягкостью произнес Сэйтан, – третьего предупреждения не будет.

Гарпия неохотно заставила лук и колчан исчезнуть.

Сэйтан скрестил руки на груди.

– Говоря откровенно, ваша выдержка немало удивляет меня, леди.

Я ожидал этого разговора уже давно.

– Так, значит, это правда? – прошипела Тишьян. – Она действительно стала одной из килдру дьятэ?

Сэйтан почувствовал, как нарастает напряжение.

– Что, если да?

Тишьян на одно короткое ужасное мгновение застыла на месте, глядя на Сэйтана, а затем запрокинула голову и испустила резкий, пронзительный крик, исполненный неподдельного горя.

Повелитель потрясенно уставился на нее. Он знал, что по Аду слух разойдется быстро.

Он ожидал, что Тишьян, как и Чар, лидер килдру дьятэ, поспешат разыскать его как можно быстрее. Он ожидал, что придется столкнуться с их яростью, возможно, даже ненавистью, и смог бы принять и то и другое. Но не эту скорбь.

– Тишьян, – дрогнувшим голосом произнес Сэйтан, – Тишьян, подойди сюда.

Но она не тронулась с места, продолжая громко горестно выть.

Сэйтан, хромая, подошел к ней. Похоже, она даже не заметила, как Повелитель заключил ее в объятия и прижал к себе.

Он гладил длинные серебристые волосы и бормотал слова сочувствия на Древнем языке.

– Тишьян, – мягко произнес он, когда рыдания стихли, превратившись в редкие всхлипы, – мне искренне жаль. Я прошу прощения за ту боль, которую причинил тебе, но без этого было нельзя.

Тишьян резко ударила его кулаком в живот, и Повелитель растянулся на полу.

– Тебе жаль! – зарычала она, вихрем проносясь по комнате.