Подчини меня нежно

Кажется, мы нашли одно табу, верно?

– Т… табу?

– То, что нельзя с тобой делать, – мягко пояснил он, заключая меня в объятия и поправляя на мне платье так, чтобы закрыть соски. Я внезапно поняла, что мои руки уже свободны, и в следующую секунду Максим оторвал меня от барной стойки и пересадил на высокий мягкий стул:

– Ты в порядке? Хочешь выпить чего-нибудь?

– Да, дай воды, пожалуйста.

Он поднес к моим губам стакан с водой, но пока я пила, все же поправил:

– Пожалуйста, господин.

– Да, господин. Пожалуйста, господин, – послушно повторила я, поставила стакан на стойку и подняла робкий взгляд.

Его глаза смеялись:

– Сабочка, я предупреждал.

– О, черт. Ты серьезно?

– Да. Встань и наклонись.

– Здесь?

– Да, милая. Прямо здесь.

– Ты хочешь меня отшлепать?

Мое тело одеревенело. Теоретически мне всегда казалось, что я буду наслаждаться шлепками. Практически я никогда не предполагала, что такое может произойти в людном помещении, да еще у барной стойки, где толпилось полно народу.

– Ты не хочешь перефразировать свой вопрос, саба?

– Да! Да, хочу, господин. Вы хотите меня отшлепать? – спросила я, снова краснея.

– Немного, чтобы улучшить твою память. Наклонись, малыш. Еще несколько секунд ожидания – и ты получишь семь шлепков вместо пяти.

Стиснув зубы, я повернулась к барной стойке и замерла в замешательстве, не понимая, какую именно позу надо принять, но Макс уже встал и нажал на мои плечи, поворачивая к мягкому стулу, на котором я только что сидела:

– Вот так, милая, животиком на стул.

Можешь взяться руками здесь. И расставь ноги чуть пошире… вот так, видишь, как все просто, – мягко и весело подсказывал он, осторожно отодвигая в сторону мою босую ступню своим ботинком. Мое платье снова сползло до талии, а сзади – задралось. Фактически, уже ничто не прикрывало голого тела, кроме трусиков.

На какое-то мгновение меня посетило чувство нереальности происходящего, словно мне это снилось. Но в следующую секунду его ладонь звонко впечаталась в мои ягодицы, и я вздрогнула, сжимаясь всем телом:

– Ай!

Это было намного сильнее, чем я ожидала – и шокировало.

Звуки шлепков я почти не слышала из-за шума в зале, но мне казалось, что я слышу, поскольку было действительно больно. Уже на третьем ударе слезы выступили на глазах.

– Ай! Ай! – завопила я, повышая голос на пятом шлепке.

– Ну все, все, – сказал он, осторожно разгибая и крепко обнимая меня, снова поправляя платье, – не так уж и сильно, малыш. Чшшшш.