Эликсир жизни

Руки суетливо убрали перо и сердито скрестились на столе, как на груди, явно недовольные тем, как мало их попросили написать.

– Пойдем, – сказала Дженна и отступила в проем кладовки.

– Иду, – отозвался Волчонок, но потом, что-то вспомнив, метнулся обратно к печи и схватил недоеденный бутерброд с капустой.

Дженна с опаской посмотрела на еду.

– Тебе что, правда так нравятся тетушкины бутерброды? – спросила она.

– Нет. Терпеть их не могу. Но четыреста двенадцатый их любит, это я для него.

– Ему сейчас бутербродом с капустой не поможешь, – вздохнула Дженна.

– А-а… Слушай, давай ты мне по дороге все расскажешь, хорошо?

Когда Волчонок и Дженна появились из кладовки в покоях королевы, у Волчонка был удрученный вид – девочка уже рассказала ему, что произошло. Они прошли мимо кресла призрака королевы. Им, конечно, было невдомек, как удивилась мать Дженны: ее дочка зашла в кладовку с опрятным учеником волшебника, а вернулась с каким-то юным дикарем. Когда Волчонок прошел мимо призрака, волосы у него на затылке встали дыбом.

Мальчик огляделся, как настороженный зверь, и из его горла вырвался животный рык.

– Тут что-то неладно, – прошептал он.

Дженна вздрогнула, испугавшись рыка.

– Пошли, – сказала она, – тут нам делать нечего. – И, схватив Волчонка за руку, потащила его к двери.

А за дверью их ждала Джилли Джинн, недавно избранная Главным писцом-алхимиком.

12

Джилли Джинн

– Госпожа Джинн! – ойкнула Дженна, отпрянув от неожиданности при виде форменной одежды алхимика – длинной хламиды цвета индиго, расшитой золотом.

Как Джилли Джинн узнала, где искать принцессу? И откуда Главному писцу известно, где находятся покои королевы? Даже Марсия этого не знает.

– Ваше величество, – немного запыхавшись, произнесла Джилли Джинн.

Она почтительно склонила голову, и ее новый шелковый наряд зашуршал.

– Прошу вас, не зовите меня так, – рассердилась Дженна. – Зовите меня Дженна. Просто Дженна. Я еще не королева.

И вообще не хочу ею становиться. У всех королев портится характер, и они начинают творить ужасные вещи. Жуть сплошная!

Джилли Джинн растерялась, не зная, что ответить. У нее не было своих детей, и если не считать одной очень серьезной и не по годам развитой девочки, которая служила храмовым писцом в Далеких странах, Дженна была единственной одиннадцатилетней девочкой, с которой Джилли разговаривала с тех пор, как ей самой было одиннадцать.