Эликсир жизни

На ней были алые королевские одежды, расшитые золотом, и над самым сердцем темнело кровавое пятно. Насмотревшись на дочку, королева перевела взгляд на Септимуса и увидела его зеленый наряд, ярко-зеленые глаза и серебряный пояс ученика Архиволшебника. Убедившись, что мальчик – подходящая компания для ее дочери, женщина спокойно откинулась на спинку кресла.

– Забавно тут, – прошептал Септимус, разглядывая, по всей видимости, пустое кресло.

– Знаю, – вполголоса ответила Дженна.

Вспомнив слова Этельдредды, она оглядела комнату, почти надеясь встретить дух своей матери.

– Пойдем, – сказала она Септимусу.

– Куда, Джен?

– В кладовку тетушки Зельды.

Дженна открыла дверь и встала в ожидании Септимуса.

– Вот здорово, ты хочешь сводить меня в гости к тетушке Зельде?

– Перестань задавать вопросы, Сеп, – немного резко ответила Дженна.

Септимус очень удивился, но пошел за ней в кладовку, и Дженна закрыла за собой дверь. Молодая женщина в кресле улыбнулась от радостной мысли, что ее дочь пойдет по Пути Королевы навестить смотрительницу Болот Песчаного Тростника.

«Она станет хорошей королевой, – подумала мать Дженны. – Когда придет время».

Но королева не знала, что ее дочь вовсе не собирается на Болота Песчаного Тростника. Заперев дверь, Дженна прошептала:

– Мы не идем к тетушке Зельде.

– Нет? – разочарованно ответил Септимус и добавил: – А почему шепотом?

– Тсс, я не знаю.

– Ты что, тоже не знаешь, куда мы идем? – спросил он.

– Нет. Слушай, посвети своим кольцом вот сюда. Кажется, люк там же, где у тетушки Зельды.

– Какая ты загадочная, Джен, – заметил Септимус и направил свет на пол.

Естественно, люк в кладовке королевы для нестойких снадобий и особых ядов находился в том же самом месте, где и у тетушки Зельды. Дженна подняла тщательно спрятанное золотое кольцо (у тетушки Зельды оно, правда, было латунным) и дернула.

– И что теперь? – прошептал Септимус.

– Надо спуститься, – ответила Дженна.

– Куда? – снова спросил Септимус, почуяв неладное.

– В гардеробную. Она там, внизу. Мне первой лезть?

– Нет, – возразил Септимус, – лучше я сам. Ну, на всякий случай… К тому же у меня кольцо.